Культурные заповедники Приангарья
Не просто старина, а живая культура. На региональном совете ученые обсудили, какие практики достойны стать частью официального этнокультурного наследия Приангарья. Среди них – камни-обереги удивительной формы, обряд лечения внутренностями барана, кулинарные и пасхальные традиции переселенцев-голендров.
Третий совет
Напомним, первый Региональный экспертный совет по нематериальному этнокультурному достоянию Иркутской области состоялся в 2024 году. Тогда в реестр включили Илимскую роспись, традиционное искусство спирального травоплетения белорусских переселенцев из села Умыган и деревни Нижний Бурбук Тулунского района, а также танец «Звездочка». В 2025 году региональный совет рассмотрел технологии вышивки «Иркутская гладь», выращивания и обработки льна из поселка Атагай Нижнеудинского района и ткачества сеток из конского волоса в Братском районе.
В этом году эксперты оценивали заявки на включение одновременно в региональный и федеральный реестры. Это обычай почитания сакральных камней кастарма в Нижнеудинском районе, обрядовый комплекс Пасхи и комплекс традиционных блюд пихтинских голендров из Заларинского района, а также обряд «Хонеор аргалха» (лечение бараном) из Усть-Ордынского Бурятского округа.
Как сообщила заведующая отделом фольклора и этнографии Иркутского областного Дома народного творчества Наталья Савиных, в состав регионального совета входит 34 эксперта:
– Это ученые из разных областей: культурологии, истории, этнографии, музыкологии, лингвистики, религиоведения. То есть это те сферы, которые так или иначе связаны с изучением в первую очередь этнических культур, проживающих на территории Иркутской области. Впервые на рассмотрение попали интересные культурные феномены коренного и переселенческого населения. Это своего рода культурные заповедники, где традиции буквально заархивировались, – отметила Наталья Савиных.
Лечение бараном
Открыла заседание совета заявка на включение в реестр обряда «Хонеор аргалха» – «Лечение бараном». Его и сегодня практикуют в Усть-Ордынском Бурятском округе. Считается, что внутренности жертвенного барана забирают всю хворь человека себе. Бытуют и варианты обряда, когда вместо барана используются козы и лошади.
– Корни обряда уходят в XVII век. Традиция строго соблюдается в соответствие с полом пациента: мужчине – баран, женщине – овца. Он работает по принципу «подобное – к подобному», органы барана должны соотноситься с человеческими: сердце к сердцу, желудок к желудку и так далее, – рассказала методист по фольклору Баяндаевского межпоселенческого культурно-спортивного комплекса Виктория Хунхинова.
Такое лечение назначается не всем – шаман или опытный человек проводит тщательный осмотр больного и дает заключение о необходимости обряда. Если лечение все же будет проводиться, то должна быть подготовлена постель из свежей травы и проросшего, распаренного овса. Далее больного заворачивают в брюшину, оставшееся мясо барана варят в котле для угощения духов, шамана и всех участников. После снятия органов животного с больного на них может остаться белый налет – его считают остатками болезни. Завершается обряд сжиганием внутренних органов, головы и шкуры жертвенного животного в специальном костре. В Ольхонском районе шкуру иногда закапывают.
– Кульминация обряда – трапеза, участники обязательно должны съесть мясо и выпить бульон. Существует поверье, что духи питаются мясом через людей, участвующих в обряде, – добавляет Виктория Хунхинова. – Считается, что «Лечение бараном» помогает при легочных и неврологических заболеваниях, болезнях суставов, а также при общей физической слабости.
Пыроги, картофляники и борщи
Сразу две заявки поступило от пихтинских голендров – потомков переселенцев в ходе столыпинской аграрной реформы начала ХХ века. Голендры – это самобытная этнокультурная группа, компактно проживающая в Заларинском районе: селах Пихтинск, Средний Пихтинск и Дагник. Их традиции представляют собой смешение сразу нескольких культур: польской, украинской, белорусской и немецкой.
Эксперты рассмотрели комплекс традиционных блюд пихтинских голендров: суп – «путрава», шарики из картофельного теста, обжаренные на сале – «картофляники», картофельная колбаса, несколько видов борща и вареники, которые сами голендры называют «пыроги».
– Блюда из картофеля стали одним из элементов самоидентификации пихтинских голендров. Уникален рецепт польского борща – он варится на бульоне из нескольких видов мяса, заправляется сливками, а отварной картофель подается отдельно. Это отличие от классической польской подачи. Также голендры сохранили традицию копчения в специальной постройке – винзарне. Это усеченная пирамида, где весь день поддерживается огонь и коптится мясо, сало и колбасы. Технология была привезена еще с Волыни, – рассказал специалист комитета по культуре администрации Заларинского района Екатерина Макарова.
Битье вербой
Свои особенности у голендров в праздновании Пасхи, ведь они исповедуют лютеранство и католичество. Традиционно Пасха начинается с обряда «Вырбабанья» – хлестания вербой: дети будят взрослых легкими ударами веточек вербы. При этом обязательно надо произносить слова-пожелания здоровья. За это взрослые одаривают детвору сладостями или деньгами.
– Выделяется роспись пасхальных яиц – «пысанок». Особенности узоров – строгая симметричность и простота. Стиль близок к польским и украинским традициям, но при этом остается уникальным, – подчеркнула директор Средне-Пихтинского дома досуга Светлана Людвиг. – В качестве красителя используется раствор луковой шелухи, узор наносится расплавленным воском. Для росписи используется традиционный инструмент – «пысак». Это деревянная палочка с полой железной трубочкой на конце. Пысаки передаются из поколения в поколение, в каждой семье можно найти по несколько штук.
Утро Пасхи начинается с богослужения. Старшие члены общины молятся, читают молитвы на польском языке, по польским книгам. В Пасху проводится обряд разделения яйца – за утренней трапезой отец или старший в доме чистит яйцо, разделяет его на кусочки для того, чтобы каждому достался один кусочек. Светлана Людвиг отмечает, что это символ единства семьи и религиозной общности. Существует также традиция сохранения скорлупы пысанок – ложкой аккуратно выбирают содержимое, а полые скорлупки становятся оберегами или украшениями дома.
Волшебные камни
В Нижнеудинском районе на берегу реки и озера с одним названием Кастарма, среди гальки нередко попадаются камни удивительной формы. Это кастарма, что в переводе с тофаларского значит «охотиться на гусей». Издревле тофалары и русские, давно живущие в этих местах, верят, что камушки способны оказывать сверхъестественное влияние на судьбу человека, приносить удачу и защищать от сглаза.
– В древности была легенда, что Кастарма – это хозяин озера, который создавал эти камушки и делился ими с людьми. Но если к озеру подходили люди с дурными намерениями, то хозяин озера прятал их, – рассказала руководитель кружка декоративно-прикладного искусства Этнографического культурного центра Тофаларии Татьяна Кангараева.
В повседневной практике кастарма часто использовались в качестве оберегов и украшений:
– Ранее их нашивали на одежду, особенно детские вещи: например, шапку из меха олененка. Кроме того, декорировали рукава и подбои. В камнях просверливали отверстия и использовали как пуговицы, – добавляет Татьяна Кангараева.
Камушки хранят в специальных сумочках – «унджиег». Несмотря на то что кастарма пользуются популярностью у туристов и приезжих, их не продают, а дарят, при этом предлагая самому выбрать понравившийся камень.
По итогам третьего Регионального экспертного совета по нематериальному этнокультурному достоянию Иркутской области все представленные объекты войдут в региональный реестр и будут рекомендованы министерством культуры Иркутской области для включения в федеральный реестр.
Комментарий:
Светлана КАПЛИНА, заместитель министра культуры Иркутской области:
– Наша задача – провести глубокую экспертную оценку, изучить материалы и рекомендовать их для включения либо в региональный, либо в федеральный реестр этнокультурного достояния, которые дают возможность им стать национальным достоянием для всей нашей страны, для популяризации. За два заседания совет рассмотрел большое количество практик, шесть уже вошли в региональный реестр.
