120 лет легендарному гидростроителю Андрею Бочкину
30 октября исполняется 120 лет со дня рождения Героя Социалистического Труда, выдающегося гидростроителя Андрея Ефимовича Бочкина. Для иркутян это легендарное имя. Благодаря ему был построен первенец Ангарского каскада – Иркутская ГЭС, которая в конце декабря отметит свой юбилей – 70 лет.
Известно, что Андрей Ефимович был одиннадцатым ребенком в семье, учился в церковно-приходской школе, а позже окончил Московский институт водного хозяйства. До начала войны Бочкин уже успел поработать на ДнепроГЭСе, потом строил плотины в Оренбургской области.
Когда началась Великая Отечественная война, Бочкин служил майором в инженерных войсках, ему приходилось возводить и врывать мосты и переправы. В Карелии, где он был занят при организации обороны, построил небольшую прифронтовую ГЭС, это позволило обеспечить красноармейцев электричеством. Принимал участие в боях за освобождение Польши и Германии. Войну Андрей Ефимович закончил на датском острове Борнхольм, там он занимался разминированием. За боевые заслуги Бочкин был награжден двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й и 2-й степени.
Для восстановления страны после войны требовались новые мощности. Было принято решение о сооружении Иркутского гидроузла. В системе Главгидроэнергостроя Министерства электростанций СССР было организовано специальное строительномонтажное управление – Ангарагэсстрой. Уникальностью проекта стала смелая идея совмещения плотины и здания ГЭС. Впервые в мировой практике строительство насыпной плотины осуществлялось из гравия и песка.
Опыта в возведении подобных сооружений в условиях суровой Сибири у советских инженеров на тот момент времени не было. Реализация проекта продвигалась очень медленно, труд строителей был плохо организован, техника использовалась неэффективно. Необходимо было форсировать строительство Иркутской ГЭС, заняться этим предложили фронтовику Бочкину.
Когда Андрей Ефимович впервые увидел красавицу Ангару, река произвела на него неизгладимое впечатление. В своих воспоминаниях он написал: «Никогда я не видел такой яркой синей реки, такой прозрачной чистой воды, и такого течения бурного я тоже не видел».
Бочкину тогда было 47 лет. «Коренастый, с волевым характером, в общении с людьми он был очень внимателен и прост», – писал о нем в книге «О былом как было» Николай Францевич Салацкий, работавший во время сооружения ГЭС секретарем парткома строительства.
По воспоминаниям старшего поколения иркутян, дом начальника управления стоял среди других открыто и доступно, ходил он в основном пешком, стригся в общей парикмахерской, на всех концертах самодеятельности сидел среди зрителей. Его феноменальная память вызывала глубокое уважение: сотни людей с именами-отчествами Андрей Ефимович цепко держал в памяти, постоянно советовался с рабочими, расспрашивал, многое на ходу решал, разъяснял.
Многие проблемы с приездом Бочкина были решены в самые короткие сроки. Вместо деревянных бараков, где жили рабочие, начали строить дома с удобствами – с водопроводом и канализацией. Разобрался Андрей Ефимович и с трудовой дисциплиной. Убрали с объекта прогульщиков, лодырей, рвачей, а еще тех, кто злоупотреблял спиртным. Сказывались, конечно, и послевоенные реалии: на всех основных работах – земляных и бетонных – трудились девушки. Стройке катастрофически не хватало мужчин. Представители ГЭС ездили по воинским частям. Немало ездил и сам Андрей Ефимович. И люди потихоньку подтягивались, стройка набирала темпы.
Андрей Ефимович не побоялся спора с проектировщиками и настоял на изменении конструктивного решения плотины. Изначально предполагалось, что ядро плотины будет состоять из двух шпунтовых стенок, четырехметровый промежуток между которыми будет забит суглинком. В книге «С водой как с огнем» Бочкин рассказывает: «Чем больше я размышлял над проектом, тем опаснее мне казалось перекрытие Ангары плотиной с таким узким зубом. Я сомневался, что четырехметрового зуба будет достаточно, чтобы сдержать могучий напор реки». Гидростроитель был убежден: плотина должна быть тяжелой. Ведь сразу за ГЭС стоял Иркутск с населением в триста тысяч человек. В итоге зуб расширили как минимум до семи, а в некоторых местах до 14 м.
7 июля 1956 года за 16 часов была перекрыта Ангара, и ее воды пущены через строящееся здание ГЭС. А уже 29 декабря состоялся пуск первого агрегата. Сам Андрей Ефимович в книге «С водой как с огнем» поделился впечатлениями, что он испытывал в тот момент: «По гирлянде лампочек пробежал голубой свет. Что это было? Молния? Северное сияние? Не знаю. Может быть, это и было счастье. Две первые турбины давали самый дешевый в мире для той поры электрический ток. Один киловатт-час нашей энергии стоил дешевле, чем коробок спичек… Не верилось, что действительно все это сделали мы, что этот сегодняшний день не в далеком будущем, а сегодня».
Через день, 31 декабря, заработал второй агрегат. Оставшиеся турбины и генераторы вводили в строй постепенно, а 24 октября 1959 года государственная комиссия, во главе которой был председатель Восточно-Сибирского совнархоза Михаил Маркелов, постановила: принять станцию в постоянную эксплуатацию.
За строительство Иркутской ГЭС Андрей Ефимович Бочкин был представлен к высокой награде – ему присвоено звание Герой Социалистического Труда. Вскоре Бочкину предложили возглавить строительство Красноярской ГЭС. В Иркутске имя легендарного гидростроителя увековечено в названии одной из улиц в Свердловском округе и мемориальной доской. А первенец Ангарского каскада прочно и надежно вписался в городской ландшафт Иркутска, в схему транспорта и коммуникаций. Для иркутян – это еще и одно из любимых мест отдыха.
