Современный взгляд на Островского
Саунд-драма «Без вины (ли) виноватые» по мотивам пьесы Александра Островского завершила 176-й сезон на основной сцене Иркутского драмтеатра им. Н.П. Охлопкова. Ее поставила режиссер Екатерина Петрова-Вербич из Москвы. Уже по частице «ли» в названии можно догадаться, что сюжет произведения подвергся переосмыслению, поэтому не ждите от спектакля классической интерпретации. Приготовьтесь к тому, что вас будут удивлять необычной трактовкой образов героев и забрасывать всевозможными визуальными цитатами.
– Когда мы с артистами разбирали пьесу, то понимали, что сегодня спустя 140 лет какие-то моменты воспринимаются иначе, – рассказала Екатерина Петрова-Вербич. – Например, главная героиня, у которой 20 лет назад умирает сын, не только не была на похоронах по причине своей болезни, но и за все это время ни разу не попыталась разыскать могилу своего сына.
Действие спектакля происходит в наши дни в провинциальном театре. Кроме того, сцена развернута таким образом, что зрители как бы оказываются за кулисами. Спектакль начинается с интервью, которое берет у известной артистки Елены Кручининой (Евгения Гайдукова) тележурналистка (Инна Королева). Лицо дивы транслируется на большой экран, и зрители видят малейшие эмоции, когда ей задают вопрос о сыне. Комическую ноту вносят артисты в костюмах рыбы и креветки и другие герои, которые постоянно лезут в кадр. Кроме того, на протяжении спектакля зритель будет видеть настоящий винегрет из декораций разных спектаклей – от античного фонтана до Эйфелевой башни.
– На самом деле мы не так много вольности внесли в текст, – отметила Екатерина Петрова-Вербич. – У нас в начале есть своеобразная увертюра, которая как раз про сегодняшний театр, ведь мы все действие спектакля выносим на его служебный вход. Таким образом, мы знакомим зрителя с изнанкой театра. Показываем – какие проблемы, вопросы, боли и трагедии переживают артисты. Их ведь любят романтизировать, а они совершенно обычные, живые, настоящие люди со своими достоинствами и недостатками.
И, видимо, со склонностью оставаться «в образе» и за пределами сцены. Например, главная героиня то и дело выходит из роли и просит реплику у помощника режиссера (Елена Солянникова). Мы видим на сцене интриги, зачинщиками которых становятся местная прима Нина Коринкина (Екатерина Финк) и герой-любовник Петя Миловзоров (Сергей Дубянский). И главного мецената театра – Нила Стратоныча (Сергей Солянников), цель жизни которого помогать артистам, а особенно хорошеньким актрисам.
По задумке режиссера еще одним действующим лицом в спектакле становится звук, но не в привычном музыкальном сопровождении, а как самостоятельный элемент, который добавляет определенные краски к эмоциональному состоянию героев. Особенно ярко это можно прочувствовать в сцене из прошлого, которая из начала пьесы перенесена в середину. Юная героиня, которую в молодости звали Любовь Отрадина (Анна Берлова) предстает перед зрителем практически персонажем из комедии дель-арте, этаким Пьеро в женском воплощении. Мы видим, как ее вера в возлюбленного Мурова (молодой – Максим Наумов, зрелый – Сергей Кашуцкий) разбивается о жестокую реальность. Оказывается, ее подруга юности Таиса Шелавина (Анна Дружинина), которая приходит показать ей свое подвенечное платье, похожее на торт-безе, выходит замуж за отца ее ребенка. На сцене мы видим и актеров с музыкальными инструментами: скрипача и гитариста (Алексей Орлов (II), барабанщика (Максим Наумов) и пианиста (Антон Залетин). Композитором спектакля выступил заведующий музыкальной частью театра Антон Трубятов.
– Артист, взаимодействуя с музыкальным инструментом, становится соавтором спектакля, – пояснила Екатерина Петрова-Вербич. – Он не просто выучил партитуру и в нужный момент сыграл определенную ноту. Он включен в спектакль и видит, что происходит, и, может быть, в конфликте с этим или, например, сопереживать, выражая все это через звук.
Но, пожалуй, самым неожиданным в спектакле станет образ сына Кручининой – Григория Незнамова. Его сыграл артист театра кукол «Аистенок» Александр Шлюндиков. Герой предстает перед зрителями с шариком-рыбкой на палочке, которым он то и дело бьет кого-то по голове. В спектакле у героя также отсутствует часть его реплик, их произносит артист Шмага (Антон Залетин). Воссоединяясь, сын с матерью поднимаются над сценой вместе с декорацией. Финал усиливает костюм и макияж Кручининой с крыльями и размазанным по лицу гримом, ведь по сюжету актриса только что исполняла главную роль в опере «Медея».
– Мне кажется, что человек сегодня по сравнению с тем временем, в котором творил Островский, стал менее наивным, более рациональным и даже циничным, – считает Екатерина Петрова-Вербич. – Это такая защитная функция нашей психики, потому что очень много стало обстоятельств, с которыми мы сражаемся. И поэтому сегодня данная пьеса звучит для меня острее. В спектакле мы подчеркнули, насколько реальность может быть жестокой и как она может исказить сегодняшнего человека.
«Разбирая пьесу, мы натыкались на разные вопросы, которые пытались решить через призму сегодняшнего дня. Кстати, это одно из последних произведений Островского, и язык там уже совсем современный».
