Театральная история Лиры Шеломенцевой
Благодаря режиссеру Лире Шеломенцевой 35 лет назад таежный поселок Чунский стал театральным. В 1991 году она создала здесь молодежный театр «Песочные часы». Позже по ее инициативе появился театральный центр, на базе которого были открыты детский образцовый театр «ДиВо», музыкальный театр «Лира», литературный театр «Образ», народный молодежный театр «SmileЛиК», театр пластики и пантомимы «Люди в черном». В этом году Лира Шеломенцева получила премию губернатора Иркутской области в области культуры «За верность профессии».
– Лира Владимировна, у вас такое интересное имя. Почему вас так назвали?
– Мама очень сильно хотела, чтобы я стала музыкантом. Когда я еще была совсем маленькая, она договорилась с пианисткой, чтобы та научила меня играть. Потом я ходила в музыкальную школу, училась на аккордеоне. Хотя родители у меня к творческой сфере никакого отношения не имели. Мама – технолог общественного питания, папа – слесарь-станочник.
– А вы сами хотели быть режиссером?
– Нет, я хотела стать биоинженером, генетикой заниматься. Биология у меня была на отлично, а вот химия похуже, экзамен не сдала. Поехала поступать в Улан-Удэ за компанию с подругой.
– Вы родом из Чуны?
– Вообще я родилась в Читинской области, но с семи лет живу в Чуне. Когда на родине закрылись рудники и фабрика, где работали мои родители, люди стали уезжать. Мои бабушка с дедушкой и четыре маминых брата отправились во Владивосток, а мама выбрала Чуну. Ей понравились снега и морозы. Так она решила нашу судьбу. Раньше градообразующим предприятием был Чунский лесозаготовительный комбинат. Когда я поехала в Улан-Удэ, мне его директор Павел Григорьевич Твердохлеб дал целевое направление: «Нам специалисты нужны, езжай учись». Я поехала учиться на режиссера, хотя понятия не имела, что такое театр. Правда, сначала струсила поступать, потому что опоздала на подготовительные курсы. В итоге год отработала в институте в гардеробе. Вот там я уже точно определилась, что хочу работать в театре. Нравилось, как репетируют студенты в полумраке в свете прожекторов. Мне повезло поступить на курс к профессору Валерию Александровичу Тришину, у которого была своя методика студийного воспитания актера. Окончив институт, вернулась в Чуну.
– А в Улан-Удэ остаться не хотели?
– Надо было отработать целевое направление, ведь предприятие платило мне стипендию. Но когда вернулась, в 1991 году, начался развал комбината, и оказалось, что я уже ничего никому не должна. Мне очень сильно хотелось свой театр. В Доме культуры нам выделили маленькую комнатушечку, а потом мы выпросили помещение Красного уголка и сделали там молодежный камерный театр «Песочные часы». А уже в1994 году на фестивале молодежных театров в Братске стали лучшим коллективом и получили звание народного.
– Почему «Песочные часы»?
– У Владимира Дудинцева есть роман «Белые одежды». Там рассказывается про песочные часы. Оттуда мы вывели теорию, что песочные часы – это три бесконечности. Первая – Вселенная, космос, вторая – человек, а третья – время.
– Кто были вашими первыми артистами?
– Школьники старших классов. Они сейчас уже взрослые, но я всех помню, и мы до сих пор общаемся. Кстати, актриса Иркутского драмтеатра Женя Гайдукова из того первого состава.
– Как же из любительского коллектива вырос целый театральный центр?
– В Чуне было три учреждения клубного типа: районный и железнодорожный Дома культуры и досуговый центр «Янтарь» – бывший кинотеатр. И руководство поселка хотело в нем открыть какое-то другое учреждение культуры. Я написала проект по созданию театрального центра, идея понравилась, и нам отдали это большое здание. Там, конечно, не было ничего, что нужно для театра. Мы начали строить сцену и приспосабливать помещение, в итоге управились за три месяца. Переехали и начали набирать детей в студии. Потом все стало стремительно развиваться, начали создаваться новые коллективы. И вот у нас четыре театральных коллектива и четыре студии.
– Сколько человек занимается в вашем центре?
– От сезона к сезону состав меняется, но в целом – более 100, от 7 лет и старше. В молодежном театре дети вырастают, оканчивают школы и уезжают по разным городам учиться. В народном мы каждый год теряем взрослых артистов потому, что люди уезжают жить в города.
– Есть ли у вас свой зритель?
– Конечно, на первые три спектакля наших коллективов всегда аншлаги, а зал у нас на 300 мест. Некоторые зрители ходят на спектакли по несколько раз. Есть такие, кто приезжает специально из Братска или Нижнеудинска. Часто с близлежащих поселков приезжают целыми автобусами. Люди приходят семьями с детьми. Потом многие ребятишки записываются в театр.
– Какие у вас ближайшие планы?
– Мы закрываем сезон, а с 3 по 5 июля будем проводить в Чуне первый областной театральный фестиваль, куда приедут 16 театральных коллективов со всего Приангарья. Это совместное мероприятие с Иркутским областным Домом народного творчества.
– Не жалеете, что работаете в провинции?
– Ни о чем не жалею. Мой педагог Валерий Александрович несколько раз пытался вытянуть меня из Чуны, чтобы я попробовала поставить спектакль в профессиональном театре. Я ведь в Академии повышения квалификации работников культуры в Москве получала образование режиссера драмтеатра. Но мне нравятся Чуна и наш Театральный центр. От нас немало ребят ушло в профессиональные театры. В Иркутском драмтеатре это Женя Гайдукова и Коля Стрельченко. В Улан-Удэ Никита Шабанов и Алена Куликовских. В братских «Тирлямах» – Боря Палкин. Есть дети, которым я помогла, а есть такие, которых мы буквально спасли. Студийцы, которые занимались у нас в 1990-х, говорят: «Лира Владимировна, если бы не театр, меня бы уже не было на свете», и это дорогого стоит. Оказывается, наше искусство не только лечит душу, но и спасает жизни.
«В больших городах и без меня хватает режиссеров, а в Чуне люди тоже хотят заниматься творчеством и смотреть хорошие спектакли. Здесь я себя чувствую востребованной и на своем месте».
