«Я просто живу фотографией»
Известному репортеру Ивану Гурову исполнилось 70 лет
Признанный мастер фотографии, член Иркутского фотографического общества, член Союза фотохудожников России Иван Гуров отметил в начале января 70-летний юбилей. Более 50 лет Иван Петрович не расстается с камерой, продолжает снимать и сегодня, параллельно сканируя богатейший архив. «Я просто живу фотографией», – констатирует репортер, кажется, лучше и не скажешь.
Мечта до «Киева» довела
Первой камерой Вани Гурова, школьника села Максимовщина, стал роскошный «Киев-4», подаренный родителями.
– В детстве я буквально болел рисованием, даже пытался писать масляными красками. Помню яркий закат, а я, наивный деревенский мальчик, – рисую контуры и пишу, какие будут цвета. Сейчас все это звучит смешно, – рассказывает Иван Петрович. – Однажды приехал в деревню фотограф – весь изломанный какой-то, несуразный, будто из застенков, да еще и пьющий мужичок по прозвищу Гестапо. Вот у него я впервые увидел «Киев-4» и буквально обалдел от технического совершенства камеры, у которой были дальномер и экспонометр. Со временем настолько замотал родителей уговорами, что они купили фотоаппарат у приезжего. Стоил он порядка 90 рублей, а это гораздо больше зарплаты родителей. С их стороны это был серьезный поступок, но они поверили в меня, иначе я вряд ли стал бы фотографом.
По воспоминаниям Ивана Петровича, пленки в то время в магазине было с избытком, продавалась и химия.
– Мы снимали постоянно, сохранился даже один кадр: улица, люди, которые мне практически не позировали. Получается, я с детства склонялся к репортажу, как бы странно это ни звучало.
После окончания восьмилетки Иван перешел учиться в среднюю школу Баклашей, где стал практически штатным фотографом.
Получив аттестат о среднем образовании, Гуров поступил на факультет электрификации ИСХИ.
В институте работал факультет общественных профессий (ФОП), вуз готовил студентов к работе в области культуры и искусства.
– Преподаватель Константин Линкевич давал больше техническую часть, но не творчество, – вспоминает Иван Петрович. – Принесет серьезную камеру, слайдовую пленку, которую надо было за день отснять и проявить. Он помог мне приобрести фотоаппарат «Зенит-Е». Несмотря на технические возможности, я был не удовлетворен творчеством как таковым. Когда Линкевич ушел на пенсию, на ФОП пригласили Александра Князева, который на первое место ставил творчество.
Не электрик, но фотограф
Первым местом работы Гурова как фотокорреспондента стала газета ИСХИ «Нива».
– Вместе с Александром Князевым, Владимиром Гуляевым оборудовали фотолабораторию, в которой буквально ночевал, – рассказывает Иван Петрович. – Условия казались мне просто шикарными. Съемкой проникся до такой степени, что после окончания института твердо решил стать фотографом. Для родителей мой выбор явился шоком, их надежды на то, что сыночек после пяти лет обучения станет дипломированным инженером-электриком, рассыпались в один миг.
Правда, с устройством на работу у Гурова сложилось не сразу. Попробовал на релейном заводе – не понравилось. Потом пришел в училище, которое готовило специалистов для облфото.
– Когда я им показал диплом инженера, они стали агитировать, чтобы взял группу учащихся-электриков, – вспоминает юбиляр. – Я говорю: «Поймите меня правильно: как электрик я – никто, а как фотограф – все». Спасло удостоверение фотографа-инструктора, меня взяли, и я проработал там два года.
Дворник-фотограф и репортер-экстремал
Чтобы получить квартиру, Иван Гуров был вынужден пойти в дворники. В советское время существовал такой способ получить жилье.
– Но съемку не бросил, – вспоминает Иван Петрович. – Более того, ее стало даже больше. Товарищ, уставший от многолетней рутины, а по-русски – халтуры – съемки школьников у Вечного огня, отдал это хлебное место мне. От настоящего творчества процесс был очень далек, но материально такая работа мне помогла. В другом месте я таких денег просто не заработал бы. В семье произошли перемены, деньги были нужны.
Впрочем, в творческой биографии Ивана Гурова были съемки, за которые могли если не убить, то покалечить. Работая в «Советской молодежи», он получил задание сделать репортаж о тотализаторе, организованном полукриминальными элементами в иркутском аэропорту.
– Я специально надел военную форму, знал куда иду, – говорит Гуров. – Приехал в аэропорт, а там уже ажиотаж, ставки делают по полной программе. Едва сделал кадр, как на меня с претензиями накинулись трое, правда, их несколько смущала форма, они замешкались. Один даже предложил выкупить пленку. Я отказался, выскочил из здания и бегом к автобусу. Водитель, увидев, что меня преследуют, закрыл двери и дал по газам. Короче, спас меня. Материал в итоге не вышел. И такое было.
Человеческий фактор
У Ивана Петровича хватало сил сотрудничать одновременно с двумя газетами – «Советской молодежью» и «Восточно-Сибирской правдой», имея при себе удостоверения обеих редакций. Честность, открытость и повышенное чувство справедливости не позволяли оставаться в коллективе, если он сам был с чем-то не согласен. Говорит, всегда уходил с гордо поднятой головой, не изменяя своим убеждениям, даже когда семья вынуждена была уехать в деревню и завести корову, чтобы прокормиться.
Впоследствии Иван Гуров сам преподавал фотожурналистику студентам политеха (ИРНИТУ) и Байкальского университета, работал в редакциях газет «Иркутск», «Восточно-Сибирский путь» и в других изданиях.
В Китае говорят: «Не дай вам бог жить в эпоху перемен». Все перемены на сломе эпох Гурову пришлось прожить и пережить не только как фотографу, но и как человеку. Думаю, во многом поэтому один из его фотопроектов «Человеческий фактор», удостоенный губернаторской премии, получился таким глубоким, серьезным, настоящим. От просмотра некоторых кадров берет оторопь – неужели мы так жили? Иван Петрович остроту снимков объясняет тем, что ему всегда был близок остросоциальный репортаж. «За углем. Дети идут собирать бесплатный уголь на железнодорожную станцию», «Ограда. Детский дом», «Кусок хлеба», «Зайцы». А еще – китайские челноки, штурмующие с баулами площадь, которую впоследствии назовут «Шанхаем», палаточные городки беженцев на берегу Ангары, центр Иркутска, заполненный бродягами, жуликами, беспризорниками, и митинги, митинги, митинги…
О публикации отдельных снимков не стоило даже помышлять в эпоху гласности, поэтому кадры ложились в архив, ожидая своего часа. Вот характерная запись в соцсети жены Ивана Петровича Ольги Каликиной: «1994. Нижнеудинск. Первое фото готовилось к публикации в газете, все остальные 31 год лежали в коробке с негативами».
«Мы продолжаем вглядываться в людей»
Оцифровывая богатый архив, Гуров готовится, но пока скорее морально, к тому, чтобы однажды порадовать публику хорошей фотовыставкой или альбомом. Материальной основы для проекта, признается он, пока нет. Но уже сейчас его работы доступны широкой публике: достаточно набрать в «ВКонтакте» «Фотоархив Ивана Гурова. Иркутск».
В своей усадьбе в Малом Голоустном с супругой он содержит ездовых собак-маламутов во главе с вожаком по кличке Бозон Хиггса. Десять живых существ, требующих минимум по четыре литра корма в день, а также регулярные прогулки и персональные ласки в виде почесываний, поглаживаний и коротких посещений дома хозяев.
Тем не менее Иван Петрович много снимает, нередко наперегонки с женой, недавно окончившей фотокурсы. Из свежих съемок – репортаж о празднике Крещения в Иркутске.
Иван, сын Ивана
В 2012 году в юношеской библиотеке имени И. Уткина в Иркутске открылась выставка Ивана Гурова «Сельская школа – другая жизнь». Коллеги из фотографического общества, прекрасно знавшие почерк Ивана Петровича, опешили: создавалось ощущение, будто снимал другой человек. Так и было: снимки принадлежали его сыну и полному тезке – Ване Гурову, которому тогда исполнилось 16 лет.
– Я так и сказал: читать надо внимательно. Там же написано «Иван Гуров (мл.)», – рассказывает Иван Петрович. – Сын выбрал IT-технологии, но фотографию не бросил.
