Остров мечты Михаила Удалова
Получив деньги за ранение, ветеран СВО организовал военно-патриотический лагерь
Двое ветеранов СВО из Иркутской области Руслан Пакулов и Михаил Удалов стали победителями всероссийского конкурса среди наставников «Быть, а не казаться». На пути к финалу наши земляки обошли более 3 тысяч претендентов на победу со всей страны. О пути к успеху мы поговорили с Михаилом Удаловым. Его позывной Улан сложился из первых букв имен дочерей – Ульяны и Анны.
Своя тельняшка ближе к телу
Коренной иркутянин, профессиональный строитель, среднюю школу окончил в Тырети Заларинского района. Срочную службу проходил в отдельном разведвзводе морской пехоты. В берете и черно-белой тельняшке, к которой прикипел душой, отправился добровольцем в зону проведения спецоперации в 2022 году. В семье к тому времени подрастало четверо детей, поэтому его не хотели призывать, пришлось заполнить немало бумаг.
– Сначала нас привезли в Кольцово, меня назначили замкомвзвода комендантской роты. Спустя некоторое время перевели «за ленточку», и я стал замкомандира гранатометного взвода. По мере возможности забрал к себе ребят, с которыми был знаком с Кольцово. Отработав инструктором на полигоне, возглавил роту штурмовиков из числа «кашников». Ко мне обратился замкомбата по боевой подготовке (позывной Орел): «Улан, поработаешь с кашниками?» Наверное, это больше была просьба, а не приказ. Сначала подразделение называлось «Шторм Z».
– Кто такие «кашники» и что такое «Шторм Z»?
– Мужчины, прибывшие из мест лишения свободы, большинство – с тяжелыми статьями. В 2023 году начался набор добровольцев, отбывающих наказание. Сейчас эти подразделения официально называются «Шторм V».
– Насколько доверительными были ваши отношения с людьми, у которых большой авторитет, но в другом мире и по другой шкале ценностей?
– Вспомнил и мурашками покрылся. Скажу так: через полторы-две недели от зоны у них ничего не осталось. Просто ничего. На второй день я вышел к ним без автомата и пистолета, которые до этого были постоянно при мне. Важно было вызвать доверие и заработать авторитет, без чего не получилось бы командовать. Работа предстояла непростая, – мы штурмовали позиции под Бахмутом. А ежедневные занятия начали с элементарной физической подготовки. Для многих было тяжело пробежать один километр, но день за днем втянулись, набрали физическую форму. Через месяц «десятку» пробежали все. Принес свой автомат, который разбирали и собирали бесконечное число раз. Когда заходили на позиции, среди моих не было ни одного «пятисотого», то есть отказника.
– В качестве штурмовиков как они себя показали?
– Скажу про свое подразделение. Ребята просто огонь! Потери были серьезные, но никто не отступил. Считаю, они искупили вину лет на 200 вперед. В живых осталось 12 человек, а родители и близкие остальных, – а это 98 человек, – мне потом звонили, и я рассказывал про каждого, как и при каких обстоятельствах он погиб. Для сторонних они «кашники», сидельцы, а для этих людей – сыновья, братья. Много из числа без вести пропавших. Когда рассказывал, у меня бежали слезы, честно говорил: «Война закончится, если не найдутся, будем искать вместе».
«В плен не сдамся»
– И вас тоже под Бахмутом зацепило?
– Да, под Бахмутом получил тяжелое ранение. Из танка по нам шарахнули, бронежилет и каска – в хлам. Пацаны потом рассказывали: «Прибегаем, смотрим и думаем: ну все, не жилец уже. Когда пытались поднять, ты одной ногой пинаешь и бормочешь, что в плен не сдашься». В итоге положили меня в сетчатые носилки, связали, засунули в спальный мешок и эвакуировали. Иначе никак не давался. Я этого ничего не помню.
Эвакуировали меня сначала к «вагнерам» (ЧВК «Вагнер»). Их доктор в полевых условиях через осколочное отверстие умудрился зашить мне легкое. Позднее, в госпитале, врачи удивлялись, как он смог это сделать.
– Процесс восстановления получился длительным?
– Очень. Это понятно из географии госпиталей. Сначала «Вагнер», потом Светлодар, Луганск, Ростов, Москва, институт им. Бурденко, Екатеринбург, Иркутск и Новосибирск.
Страшнее войны только депрессия
– В 2024 году меня демобилизовали по состоянию здоровья, врачи поставили вторую группу инвалидности, бессрочную. И тут началось самое страшное: меня накрыла депрессия. Сидел и думал что делать, чем заниматься? Я профессиональный строитель, считаю себя хорошим плотником, сварщиком, сантехником, разбираюсь в электрике. Но для всего этого нужны, в прямом смысле, рабочие руки. А у меня на тот момент на левой руке пальцы только немного шевелились, правую не мог ни поднять, ни выпрямить. От собственной беспомощности было страшнее, чем на войне. Крепкие напитки только усугубляли ситуацию. Так прошло полгода. Выйти из этого состояния помог случай, в котором едва не пострадал мой ребенок.
Ко мне приехал товарищ, сидим с ним, пьем чай. В это время дочь играла во дворе с собакой и каким-то образом запуталась в цепи, закричала. Я было подскочил, чтобы помочь, а ноги не идут. Чтобы вы понимали, на тот момент расстояние от стенки до стенки в комнате я мог пройти не быстрее, чем за пять минут. До собачьей конуры метров 60, не меньше. Сколько времени я ковылял бы, представляете? Товарищ рванул вперед меня, вовремя помочь ребенку. Я иду, а у меня слезы, сам себе мысленно говорю: «Из-за того, что сидишь, жалеешь себя, только что мог потерять ребенка!» И это был переломный момент.
Начал усиленно разрабатывать руку, иногда до хруста, до адской боли. Купил две машины щебня и стал его раскидывать вручную. Месяца два, наверное, эти две машины лопатой раскидывал. В руках невозможная боль, а в голове просветление какое-то. Кидаю щебень, потом отдыхаю и думаю: «Ну, непросто так я остался жив. Для чего-то же меня кто-то сверху сберег под Бахмутом?» Сейчас пацанам про это постоянно говорю.
«Меняю джип на остров»
– Чтобы не пропасть, решил прикупить себе остров? С чего началась эта глава вашей жизни?
– Когда немного восстановился физически, начал знакомиться с патриотическими клубами, стал инструктором в ВПК «Сибирь». Однажды мне предложили поехать в Зулумай Зиминского района. К тому времени я приобрел себе мечту – джип, в него загрузились и поехали. Больше десяти дней мы занимались с молодежью, преподавали им тактику, топографию, тактическую медицину, физкультуру. Зулумай мне понравился сразу своей чистотой. Небольшое село, где-то человек 150, наверное, здесь живет. Во время экскурсии по местным достопримечательностям я впервые и увидел остров. Он реально зацепил меня. Не раздумывая, говорю местным: «Давайте меняться: я вам отдаю ключи от джипа, а вы мне этот остров». Чиновник, к которому обратился за помощью, мою идею с детским патриотическим лагерем посчитал утопией. Я не просил денег, мне нужны были грамотные консультации в составлении бумаг, чтобы все было по закону. Тогда я поставил конкретную задачу: через год на острове должен открыться лагерь для подростков. Вовремя пришли деньги за ранение, и на торгах с третьего раза я приобрел шесть гектаров земли. Остров больше, а мне разрешили им пользоваться с условием, что не будем рубить деревья.
Анализируя ситуацию, сделал вывод, что в радиусе 600 км, куда попадают Зиминский район, Куйтун, Тулун, Залари, нет ни одного военно-патриотического лагеря. В этом районе больше 20 тысяч детей, которые подходят под критерии моего лагеря.
– Лагерь, как обещали, заработал?
– Да, ровно через год мы провели первый семейный слет. У нас занимались зиминские спортсмены, дети с родителями, ветераны СВО, местная ребятня приходила. Когда уже начался учебный год, у детей даже успеваемость выросла.
Испытания в условиях, приближенных к боевым
– В чем была суть слета волонтеров, ставшего следующим пунктом военно-патриотического лагеря в Зулумае?
– На волонтерский слет собралось порядка 150 человек, представляющих 20 общественных организаций. Каждая ячейка волонтеров привезла по 2-3 маскировочные сети, которыми мы затянули всю территорию лагеря. Добровольцы привезли самые разные окопные свечи, костюмы типа «Леший» и «Кикимора», носилки – и все это мы испытывали в ситуации, близкой к фронтовой. Сейчас со стороны общественников идет большая помощь фронту, но у многих изделий есть определенные недочеты, о которых не знают волонтеры. Например, первое время свечи так коптили, что к утру лицо было, как у шахтера. И на острове ставили в ряд свечи разных производителей, смотрели, чья меньше коптит и дольше горит.
Людей одевали как на боевое задание, поверх всего – маскхалаты. Было четыре захода по шесть человек, то есть испытали 24 комплекта. Добровольцы ходили по густому лесу, лазили через заборы. Пять комплектов разлетелись на нитки. Волонтеры не сдавались: они за ночь перешили оторвавшиеся лямки, поправили веревки, и при повторном испытании изделия отлично выдержали нагрузки.
Во время слета волонтеры обменивались опытом, делились конкретными наработками – в этом и состояла основная идея: научиться самому, научить других. Теперь хотим собраться и провести работу над ошибками.
«Вышел и рассказал своими словами»
– Мне кажется, человек с такой биографией просто не мог не победить на Всероссийском конкурсе. Какой этап получился самым сложным?
– Полуфинал в Красноярске. Сложно выйти и не растеряться во время самопрезентации, где за очень короткий промежуток надо было рассказать о себе, своем проекте. Последний раз нечто подобное было в школьные годы. В Красноярск, по-моему, 22 человека из Иркутской области приехали, шестеро пробились в финал в Туле. В числе победителей оказались двое – я и Руслан Пакулов. В целом московская программа получилась весьма насыщенной, мы занимались с раннего утра и до позднего вечера. Для защиты проекта отпросился у куратора, потому что за четыре минуты предстояло рассказать о проекте и ответить на вопросы. У коллег по 10–11 слайдов презентации, у меня – 24. Убери один, и вся конструкция полетит, будет ничего не понятно. Когда вышел на защиту, то сначала просто потерялся — забыл то, что репетировал. А потом обо всем рассказал своими словами и уложился даже быстрее по времени.
— Какие планы на ближайшее будущее?
— Намерены организовать большой концерт с участием волонтеров. Кроме этого, планируем провести на острове зимний биатлон, ориентировочно 22 февраля. Предлагал залить каток, поставить елку, а летом, при наличии средств, завести лошадей. Территория не должна простаивать.
