Как избавиться от алкогольной зависимости?
7 сентября в пресс-центре газеты «Областная» состоялась пресс-конференция на тему: «Неделя сокращения потребления алкоголя и связанной с ним смертности и заболеваемости». Неделя проходит с 7 по 13 сентября в честь Дня трезвости (11 сентября).
– Между бытовым пьянством и болезнью очень тонкая грань, – рассказала врач-психиатр-нарколог Иркутского областного психоневрологического диспансера Наталья Гуцан. – Вообще в наркологии термина «бытовое пьянство» не существует. Мы рассматриваем это как наркологическое расстройство. Если говорить в целом, то это пьянство можно рассматривать как некую «нулевую» стадию. Но прежде чем понять, где проходит грань, нужно посмотреть на клиническую картину.
Если мы обратимся к международной классификации болезней, то первая стадия зависимости — это уже заболевание.
У неё есть определённые признаки: исчезновение рвотного рефлекса, это самый ранний объективный признак: организм человека перестаёт воспринимать алкоголь как яд. Если раньше тошнило даже от небольшой дозы, то теперь этого нет. Далее, утрата количественного контроля — человеку становится мало одного бокала, он хочет ещё. Затем появление провалов в памяти: человек может частично не помнить, что с ним было вечером. Также растёт толерантность — требуется всё большая доза для достижения прежнего эффекта. И наконец, формируется абстинентный синдром. Как только появляются эти первые признаки — мы уже говорим о заболевании. Если есть эти симптомы — это уже зависимость. Что касается изменений в мозге, они происходят даже от разовой дозы. Просто одни изменения — функциональные, и организм может восстановиться, а другие — уже структурные, и они необратимы. Такое бывает, когда болезнь уже сформировалась.
Если опираться на последние глобальные исследования, то риски онкологических заболеваний повышаются даже при употреблении алкоголя раз в неделю. А вот с сердечно-сосудистыми заболеваниями картина сложнее и зависит от многих факторов: наследственности, образа жизни, исходного состояния организма. Однако Всемирная организация здравоохранения и Международное агентство по изучению рака относят алкоголь к канцерогенам первой группы.
Любая доза алкоголя уже несёт риск, особенно при наличии предрасположенности. Безопасных доз не существует.
Если человек употреблял алкоголь не один день — был запой или постоянное употребление в больших количествах, то на фоне его отмены стоит обратить внимание на выраженный абстинентный синдром. Человек тяжело похмеляется: даже в покое учащённое сердцебиение, тахикардия, повышение давления, проливной пот. Могут возникнуть судороги на фоне приёма алкоголя, а если появляются галлюцинации или нарушение сознания — это признаки, требующие неотложной помощи, а не психотерапии. Важно помнить, что белая горячка (алкогольный делирий) возникает не сразу после отмены алкоголя, а обычно на третий–пятый день. Человек становится возбуждённым, психомоторно расторможенным, почти не спит. Эти признаки предшествуют опасному состоянию, когда жизнь человека в опасности, а он сам небезопасен для окружающих. В таких случаях нужно сразу вызывать скорую помощь и госпитализировать в отделение неотложной наркологии. Только после снятия абстинентного синдрома и восстановления жизненно важных функций можно начинать психотерапию и реабилитацию. Человек должен вернуться в нормальное физическое состояние, чтобы анализировать и менять свою жизнь.
Инсульт может случиться как на фоне отмены, так и во время употребления — сосудистые катастрофы возможны в любой момент. Алкоголь в любом случае небезопасен, тем более после длительного употребления или тяжёлого опьянения.
Для печени и поджелудочной железы сокращение дозы — это не лечение, а самообман. Единственный выход — полный отказ от алкоголя, тем более, если уже есть патология этих органов. Любое снижение дозы лишь отсрочит, но не остановит прогрессирование заболевания.
В конце рабочей недели, у человека включается автоматическая мысль: «надо выпить». Эта цепочка больше похожа на условный рефлекс, который человек выработал, повторяя неоднократно. Мозг привыкает, формируется нейронная цепочка. Срабатывает дофаминовый выброс — человеку кажется, что так он получает мотивацию и энергию.
Но важно понять: тяга возникает не из жажды, а из убеждения. Мысли вроде «я устал, надо расслабиться» или «без алкоголя не праздник» — это и есть триггеры.
Сама по себе сильная тяга длится недолго — от 3 до 15 минут. В этот период человеку нужно успеть с ней поработать. Первое — остановиться и сказать себе вслух: «Стоп». Затем можно применить дыхательный якорь: глубокий вдох, медленный выдох, например, техника квадратного дыхания. Или контрастное ощущение — алкоголь даёт тепло, а можно сделать обратное: умыться прохладной водой, принять контрастный душ. Когда пик спадает, эмоции утихают, и человек начинает анализировать. В этот момент можно переписать сценарий: заменить мысль «надо выпить» на «когда я захочу, я выпью чай с лимоном или бергамотом».
Важно не спорить с собой внутри, не говорить «я слабак, не справлюсь» — это усиливает внутренний конфликт и ведёт к срыву. Лучше проанализировать, что стоит за тягой. На реабилитации есть специальные упражнения: пациенты ведут дневники тяги, анализируют своё состояние, триггеры, эмоции. Тяга не возникает на пустом месте — ей предшествует определённое эмоциональное состояние, вызванное событиями или людьми, временем или местом. Поняв эту цепочку, человек получает главный инструмент самопомощи.
Срыв — это не провал лечения.
Если мы говорим об алкоголизме как о хроническом заболевании, то у него могут быть рецидивы. Срыв — это точка сбора данных. Важно проанализировать, что стало его причиной, какие чувства испытывал человек. Часто после срыва возникает чувство вины. Но вину можно перевести в ответственность: что я могу сделать, чтобы не повторить это?
Есть такая формула: срыв + самобичевание = запой. Ее надо заменить на: срыв + анализ = опыт. Если человек не предпринимает действий и не анализирует, он уходит в запой. Если же анализирует — он учится. Но повторю: если у человека уже сформировалась алкогольная зависимость, без помощи специалистов он не справится. Чем больше он себя винит, тем выше вероятность запоя. Нужно дать человеку ответственность за конкретные шаги, чтобы остановить употребление.
Алкоголь не даёт харизмы. Он временно подавляет работу префронтальной коры, отвечающей за самоконтроль, и снижает уровень ГАМК — нейромедиатора, который уменьшает тревогу. Но расплата приходит наутро: тревога возвращается с процентами, а базовый уровень дофамина падает. Человек становится зависимым от того, чтобы выпить, прежде чем расслабиться. Раскрепощение — это навык. Есть техники: например, «предвыходная зарядка» — перед встречей с людьми нужно подвигаться, погулять, сделать короткие интенсивные упражнения, рассказать себе анекдот. В общении включаться в беседу, интересоваться другими, задавать вопросы. Если тревога сильна, помогают телесные техники: глубокий вдох и медленный выдох через рот, ладони вверх — это открытая поза, сигнал мозгу «я в безопасности». Через телесное расслабление приходит и психологическое раскрепощение.
Круг друзей, где выпивка — ритуал, одна из самых болезненных социальных ловушек. Как отказаться за столом? Можно использовать короткое «я-сообщение»: «Сегодня я не пью» — без оправданий. Иногда говорят о лекарствах, но достаточно просто заявить о своей позиции. Если важен сам ритуал, можно взять безалкогольный напиток — минеральную воду, сок, что угодно. Так у вас будет тактильная опора, и у окружающих не возникнет вопроса, почему у вас пустой бокал.
Если возникают провокации, посмотрите, в каком вы обществе. Это действительно ваши друзья или просто собутыльники?
Алкоголь — одна из главных причин смертности. Осознание смертельной опасности алкоголя вроде бы парализует, но страх заставляет выпить ещё — потому что страшно. Это нейробиологический парадокс. Алкоголь — временный транквилизатор, он усиливает работу тормозной системы мозга, и тревога действительно снижается на полчаса. Мозг запоминает это как спасение. Но когда этанол начинает метаболизироваться, в работу включаются другие механизмы, и тревога возвращается — гораздо сильнее, чем была. Чем больше человек боится смерти, тем ближе он к риску — инсульты, инфаркты, циррозы.
Многие считают, что если убрать алкоголь, придётся столкнуться с экзистенциальной пустотой, одиночеством, потерей смыслов. Но алкоголь никогда не был лекарством от пустоты — он был лишь её временным «залитием».
В состоянии опьянения снижается работа префронтальной коры, отключаются вопросы «кто я?», «зачем я?», «куда иду?». Но эти вопросы всё равно возвращаются. Психотерапия — это не затыкание дыры, не заполнение пустоты, а качественное переформатирование внутреннего пространства, поиск новых смыслов. Самая большая ошибка — убегать от своих чувств. Нужно принимать их и выдерживать. Все эмоции — это сигналы, они на что-то указывают. Ощущение пустоты тоже сигнализирует: «А что на самом деле тебе нужно?» Психотерапия, как индивидуальная, так и групповая, помогает в этом. В группе человек видит, что он не один такой, перестаёт быть «островом» и получает огромную поддержку.
Страх умереть во сне от остановки дыхания из-за алкоголя мучителен, но риск остановки дыхания действительно существует. Алкоголь — мощный депрессант ЦНС, он расслабляет мышцы глотки, вызывает обструктивное апноэ, снижает чувствительность дыхательного центра к углекислому газу. Особенно опасно сочетание с лекарствами, сон на спине в состоянии сильного опьянения, западание языка, аспирация рвотными массами.
Контролируемое употребление возможно, пока болезнь не сформировалась. Это «бытовое» употребление: нет абстинентного синдрома, человек помнит всё, что с ним происходит, может контролировать дозу, делает это редко, здоровье в порядке. Тогда — теоретически его можно контролировать. Но я не сторонник этого подхода, потому что грань между контролем и зависимостью очень хрупкая. Лучше стремиться к полному отказу.
Абсолютно нельзя контролировать тем, у кого уже развился синдром зависимости: были запои, похмелье с утра, исчез рвотный рефлекс, есть абстинентный синдром. В этих случаях мозг зависимого не умеет дозировать. Это не вопрос слабости воли — это болезнь. Таким людям я советую только полный отказ и выбор ясности, чистоты и полноты жизни.
