Геолог с акцентом на H₂O
Культурной столице России Елизавета Уксусова предпочла сибирскую тайгу. До своей работы девушка добирается несколько часов. Сначала летит шесть часов из Санкт-Петербурга в Иркутск, потом пару часов на самолете до Бодайбо. И только спустя еще четыре часа в вахтовке она оказывается на месте. Меньше года назад Елизавету приняли гидрогеологом в компанию “Полюс Сухой Лог”. Но она уже успела побывать на стажировке в Бразилии.
– Елизавета, чем вас так привлекла профессия геолога? Не проще ли было найти работу в офисе и не так далеко от дома.
– С одной стороны – геология была для меня неизведанным миром, где мне очень хотелось оказаться. С другой – полезные ископаемые нужны всегда, без них невозможно развитие экономики. К тому же в геологии сегодня используют высокие технологии, а это очень увлекательно. Поэтому я решила поступать в Санкт-Петербургский горный университет. Успешно сдала экзамены и меня зачислили на Геологоразведочный факультет по направлению “инженерная геология и гидрогеология”.
– Родители не стали вас отговаривать? Все-таки профессия геолога связана с вахтой, жить приходится вдали от семьи, и условия бывают далеки от комфорта.
– Мой папа – военный, мама – бухгалтер. Наоборот, они поддержали меня. А страшные истории про жизнь геологов нам перед практикой рассказывали, мол летать на месторождения надо на вертолетах, жить будете в вагончиках, да и в тайге вокруг много диких зверей.
– Испугались?
– Нет, в действительности все иначе оказалось. Для начала скажу, что компанию “Полюс” в нашем университете очень хорошо знают и доверяют. Поэтому на практику я спокойно поехала. Меня немного озадачил вид АН-24, на котором летели в Бодайбо. Для меня такой маленький самолет просто непривычный, еще и шумным оказался. А вот сам вахтовый поселок порадовал. Здесь современные благоустроенные общежития, в комнатах есть вся бытовая техника, как в городе. В столовых вкусно кормят, можно в баню сходить, спортом заниматься в тренажерном зале. Есть еще кафетерий, где всякие сладости продаются. Такой комфорт не везде можно встретить.
– Чем вас озадачили во время практики?
– Круг обязанностей у нас был разный. Например, на хвостохранилище, куда попадают производственные отходы, мы делали инклинометрию на дамбе, то есть смотрели, есть ли смещение или нет. У нас было все ровно. Но наличие смещения говорит о том, что есть проблемы. Тогда надо принимать решение – уплотнять или отсыпать дамбу, или делать отводные каналы.
– А дамба для каких целей служит?
– Дамбы на хвостохранилище – это сложные гидротехнические сооружения. Их основное предназначение – не допустить утечки загрязненных вод. Это касается как грунта, так и окружающей среды.
– Где еще смогли применить свои университетские знания?
– Расходомером замеряли поток воды. Важно знать, не только объем воды – это показатель количества осадков, но и с какой скоростью она движется – это важно для контроля деформации. В карьере производили визуальный осмотр трещин на предмет выявления потенциально опасных участков.
– Почему после практики устроились именно на Сухой Лог, ведь у “Полюса” есть другие месторождения золота?
– Здесь появилась свободная вакансия гидрогеолога. В ноябре будет год, как я работаю на Сухом Логе. В начале карьеры для молодых специалистов не менее важным остается финансовый вопрос. Во-первых, в компании у меня достойная зарплата. Во-вторых, на вахте не надо снимать квартиру, по деньгам это существенная экономия. Сейчас я как раз коплю на свою будущую квартиру. И, наконец, Сухой Лог – это очень престижно, это же крупнейшее в стране месторождение по запасам золота. Нас уже учат и еще будут учить самым современным технологиям золотодобычи в мире. Я получаю очень ценный профессиональный опыт. И потом, быть участником такого мегапроекта “Полюса” – это невероятно круто!
– Геологи ищут золото. А зачем нужны гидрогеологи?
– Мы занимаемся мониторингом уровня объема воды. Для чего? Чтобы карьер не затопило и можно было добывать горную руду. Смотрим, чтобы вода не попадала в скважины, пробуренные под взрывы. В карьере очень крепкая порода, ни один экскаватор ее не возьмет, поэтому без буровзрывных работ не обойтись. Также обеспечиваем контроль на водозаборах. Для всего вахтового поселка это источник воды для собственных нужд. Следим, чтобы в хвостохранилище был постоянный уровень воды. Если он меняется, ищем причины, чтобы не было деформаций. При необходимости делаем скважины – дренажные или водопонижающие.
– У вас была стажировка в Бразилии. Что полезного для себя узнали?
– Мы проходили обучение по хвостохранилищам. Нас познакомили с несколькими консалтинговыми компаниями, которые занимаются оборудованием для мониторинга. Посмотрели технологии строительства хвостохранилищ, сравнили с нашим опытом. Меня впечатлил мониторинговый центр. Мы посмотрели, как там ведется наблюдение за хвостами, за карьерами, особое внимание обратили на формирование отчетов, заказали себе похожее оборудование и программное обеспечение.
– Технологии не стоят на месте. Что сегодня используете в работе?
– Из наиболее современного у нас ведется радарный мониторинг, который мы применяем как в карьере, так и на хвостохранилищах. Радары сейчас активно развиваются и улучшаются. Например, при ближайшей модернизации радара нам установят систему автоматического геопозиционирования – такие jps-датчики, которые будут определять местоположение радара. Координаты будут максимально точные, отпадет необходимость делать обоснование и привязываться с помощью тахеометра.
– Елизавета, вы рассказали о своей работе. А в свободное время чем занимаетесь?
– Люблю путешествовать. В восторге от Алтая, мечтаю оказаться на Камчатке и на Сахалине. Увлекаюсь спортом, в том числе экстремальным – принимаю участие в сплавах по горным рекам. Это всегда незабываемые эмоции.
Реклама. АО «ПОЛЮС ВЕРНИНСКОЕ», ИНН: 3802008546
