Доблесть как традиция
Ветеран СВО, штурмовик Олег Владимиров освобождал город Бахмут (Артемовск), а его дед Иван Иванович Кузнецов воевал в Великую Отечественную войну в Праге, где и погиб. Дед и внук дважды удостоены медали «За отвагу». Такие вот исторические параллели.
Свидетель падения Германской стены
Олег Владимиров родился в Узбекистане 11 октября 1970 года. Юность была, как у большинства советских парней – школа, техникум. Поступил в медицинский институт, сказалось влияние мамы Веры Викторовны, которая работала медиком. Папа Владимир Иванович, рабочий – золотые руки, сына воспитывал строго. Парень рос правильным, не курил, а первый бокал шампанского выпил, уходя в армию. Шел 1989 год, на срочную службу Олег попал в подмосковный питомник военного собаководства. Оттуда его отправили на четыре месяца в Афганистан – шел вывод советских войск, кинологи сопровождали наши подразделения.
Владимиров получил звание сержанта, должность командира отделения. Вскоре ему пришлось переучиться на снайпера, а после новоиспеченного стрелка перевели на службу в группу советских войск в Германию.
– Я даже захватил падение Берлинской стены, когда объединялись ГДР и ФРГ, в то время я охранял посольство, – вспоминает Олег.
1989 год снес не только бетонные заграждения, рушился весь социалистический строй.
Служба в милиции
Парень демобилизовался в 1991 году и вернулся в Ташкент. И словно попал в чужую страну. В Намангане, превратившемся в гнездо радикального исламизма, заживо сжигали русских людей. Были страшные погромы в Фергане. Русскоязычное население бежало из Узбекистана. Родители Олега уехали на родину папы в Тамбовскую область. Они плакали, когда покидали Ташкент. Уехал и Олег.
В 90-е годы в Тамбове был разгул преступности. У молодых парней выбор небольшой – идти в криминал или в милицию. Олег выбрал второе, вернулся к кинологической службе. Вскоре в МВД было создано подразделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, Олега, уже молодого лейтенанта, назначили оперативником.
Отцовский подвиг
10 лет отдал он нелегкой службе. По делам борьбы с наркотиками ездил в командировку в Иркутск, в третий поселок ГЭС, который в криминальном отношении гремел в те годы на всю Россию.
В Иркутске ему понравилось, и он перебрался в Сибирь. Устроился участковым в МВД, после увольнения ушел в бизнес. Сошелся с девушкой, которая родила ему сына. Когда Матвею было четыре года, он тяжело заболел. Молодому отцу пришлось два года жить в больничной палате Ивано-Матренинской больницы. Токсикология, хирургия… Ночь сливалась с днем, но отец отбил малыша у смерти. Сегодня Матвею 11 лет, он учится и горячо любит отца.
«Вагнер» и Бахмут
Когда началась СВО, Олег принял решение идти воевать. В 2023 году пошел в Октябрьский военкомат и попросился на фронт, настаивая на своей снайперской специальности. 52-летнему мужчине сказали: «Ждите, позвоним».
Не приняв отказ, Олег нашел координаты ЧВК «Вагнер» и через четыре дня уже был на полигоне в Краснодарском крае, где выучился на штурмовика-гранатометчика. Для снайпера он был слишком возрастным. 4 марта 2023 года в рамках ротации группу Владимирова привезли в Бахмут. Мужики жили в обычной «буханке», видавшем виды автомобиле.
Длившийся 224 дня штурм Артемовска, известный как «бахмутская мясорубка», стал одним из самых кровопролитных.
– У меня была позиция между школой и детским садом. Два месяца отработал в Бахмуте, получил ранение в ребра. В медпункте сижу, дышу от боли, как собака. Врач поставил обезбол и выдрал из меня два осколка от снаряда, – вспоминает Олег. – Медик спросил: «Будешь трехсотиться?», то есть оформлять ранение. В «Вагнере», если руки-ноги целые, трехсотиться нельзя. А ребра заживут.
После возвращения в расположение штурмовика с позывным Стойджест, как бывшего милицейского опера, перевели в особисты, а потом «вагнеры» передислоцировались в Белоруссию. Оттуда Олег уехал в Таганрог, а после – в отпуск к сыну.
Второе ранение
В феврале 2024 года Стойджест подписал контракт с министерством обороны и попал в Светлодар Луганской области. Служил старшим наводчиком, командиром отделения, затем командиром взвода. 27 апреля 2024 года попал под прилет дронов. Парни шли по «дороге жизни», и оставалось пройти метров 100 до нужного места. Подняв голову, Олег увидел висящий над ним дрон.
– Он наводится, бежать некуда, я только и успел крикнуть товарищу: «Сброс!». Мне осколки попали в плечо, такое ощущение было, словно сковородкой горячей врезали, – вспоминает боец.
Второй дрон догнал его уже на бегу и скинул боеприпас почти под ноги. Товарищ перетащил раненого в укрытие, потерявший много крови Владимиров сутки лежал в кустах и ждал, пока его вытащат. Бомбили в тот день сильно. Периодически воин уходил в забытье, но знал, что за ним придут. Прибыла машина, и его вместе с погибшими эвакуировали в тыл. Он лежал рядом с телами мертвых товарищей и не верил, что сам жив.
Ранение ног было серьезным, но боец до сих пор на службе. Сегодня ему 55 лет, его ждет звание майора и очередная медаль «За отвагу», вторая по счету. Когда Олега спрашивают, за что он воевал, ведь его родина Узбекистан, он честно отвечает – воевал за то, чтобы его сын никогда не поехал на войну.
Дед Иван
Про деда, фронтовика Ивана Ивановича Кузнецова, артиллериста, истребителя танков, маленькому Олегу рассказывала баба Зина, к которой он ездил в Тамбовскую область на летние каникулы.
Высокий, красивый дед ушел на фронт с первых дней войны. Воевал отлично, получил две медали «За отвагу», орден Красной Звезды. Погиб в Праге. Баба Зина, человек глубоко верующий, помнила его всю жизнь.
– Два года назад я был у мамы, забрал черно-белую фотографию деда, распечатал ее, и мы впервые с сыном пошли на Бессмертный полк, – рассказал Олег.
Война его не отпускает, порой снится, как он выбирает автомат и надевает бронежилет.
