15 июля 2020 11:07

Иркутские голубеводы рассказали о забытом хобби

Фото: Елизаветы КОНДРАТЬЕВОЙ из группы «Прогулки по старому Иркутску» на Facebook

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

По крышам бегать, голубей гонять

История иркутского голубеводства уходит в далекое прошлое. Об этом увлечении писали местные газеты еще в начале XX века. Создавались разные общества любителей голубей. А восемь лет назад появилось ООО «Голуби Приангарья», куда вошли оставшиеся поклонники удивительной забавы. Подробнее об этом в рамках проекта «Прогулки по старому Иркутску» беседуют историк Алексей Петров, заслуженный голубевод России Владимир Колодкин и ведущий научный сотрудник НИИ биологии ИГУ Игорь Фефелов.

Самого Владимира Анатольевича приобщил к голубям родной дядька. Пришел подшофе в гости на праздник и вручил племяшу голубя.

Мне было тогда всего пять лет, но хорошо помню: взял его в руки, и меня как током ударило, будто божественный свет зажегся внутри, – вспоминает он. – И с тех пор этот свет не отпускает. Бывало, дадут деньги, чтобы купить в школе булочку, а я вместо этого гонял по воскресеньям на толчок возле Куйбышевского завода и покупал на сэкономленные деньги у дядюшек с бородами что-нибудь нужное для голубей. Это мне, мальцу, они казались дядюшками с бородами, а собирались там люди разные: и бывшие фронтовики, и ссыльные, и отмотавшие свой срок в лагерях, но всех объединяла одна страсть – голуби.

 

Полет на три тысячи метров

Увлечение голубями тянется с давних времен, но все отмечают, что после войны интерес к ним резко возрос как по всей стране, так и в Иркутске. Колодкин имеет на этот счет свое объяснение:

– Люди жили в основном в бараках. В нашем поселке Боково из них целые улицы состояли. Заняться особенно нечем. Главное удовольствие – погонять голубей. Мне кажется, пережив войну, люди хотели смотреть в небо и как можно быстрее забыть недавнее тяжелое прошлое. С глазами вверх люди ходят, когда состояние души светлое, а сейчас человек почерствел, ходит глазами вниз. Ну и ленивыми стали, лишний раз полюбоваться голубями нет желания.

С наставником юному Колодкину повезло. Голубиную науку ему преподал Владимир Иванович Тюрлюк, участник войны, дважды раненый, работал на авиазаводе, летал механиком на самолетах:

– Он приучил меня к настоящим голубям. Наши голуби николаевские, высоколетные, способные подыматься на трехкилометровую высоту. Отдельные экземпляры держатся в воздухе по 9–11 часов. Ценятся не только за красоту, но и стиль полета. Наблюдать за ними одно наслаждение. Эта порода старая, говорят, еще Екатерина II подарила их какому-то английскому лорду, и эти голуби завоевали на выставке большую золотую медаль. А когда проходил в Москве фестиваль молодежи и студентов, то Николаеву, родине этих голубей, был сделан заказ: поставить в столицу что-то около четырех тысяч птиц. И чтобы преимущественно были белые. Рассказывают, что когда их выпускали, это было феерическое зрелище.

Век голубиный недолог, от силы 12–14 лет. Обычно они живут парами, но порой встречаются заядлые холостяки. Имен птицам практически не дают.

– Если и дают, то за великие заслуги. Помню, был знаменитый турман по кличке Жемчужный. А вот редкий голубевод обходится без клички. У меня, к примеру, – смеется Владимир Анатольевич, – кличка Бочан. По ней меня больше знают, чем по фамилии.

 

Голубятня под кроватью

Капитальные голубятни стали строить где-то в 1970-х годах, когда у людей появился достаток. Размеры голубиных апартаментов зависели от доходов хозяина.

А до этого, – вспоминает Колодкин, – где только птиц ни держали: и в землянках, и на чердаках. У меня был хороший знакомый, завзятый голубятник. Породистых у него не было, простых держал, типа уличных. С дюжину, не больше. Но любил их безмерно, каждый вечер выпускал, тренировал, налюбоваться не мог. Когда приходило время возвращаться им в голубятню, то весь барак, в котором жило двадцать семей, прятался по комнатам. Голубятня-то у него была под кроватью, и он гнал птиц по всему коридору до своей кельи.

Охотников разжиться редкой породой было хоть отбавляй. Не хочешь добровольно отдать, забирали у пацанов силой. А то и просто крали. У Владимира Анатольевича сохранилась фотография с дарственной надписью: «На память любителю голубеводу Владимиру Колодкину от любителя Александра Григорьевича Можейко. 1980 год»:

– Полковник. Любил голубей больше, чем себя. Птицы у него были отменные. Он даже в журнале «Птицеводство» опубликовал записи про своих голубей. А вскоре после этого какие-то негодяи всю стаю украли. Этой потери он пережить не смог и через неделю умер от инфаркта.

Кстати, знаменитый фильм «Любовь и голуби» оставил Владимира Анатольевича равнодушным:

– Василий Кузякин не настоящий голубятник. Как можно уйти из дому, бросить на произвол судьбы своих голубей? За ними же постоянно нужен глаз да глаз. Это большой и тяжелый труд, а в кино все в светлых тонах. Как сказал один английский натуралист: голубеводство – это искусство большое, тайна великая, о котором легкомысленно человек говорить не должен.

 

Сто тысяч евро за птицу

Когда собирались голубятники, разгорались целые баталии: у кого голуби породистей, чье оперение красивее, у кого лучше слушаются команды. У Колодкина был друг, заядлый голубятник, играл на аккордеоне в ресторане «Арктика». Кроме него в оркестре собрались еще три фаната голубей.

Как начнут спорить, крик на весь ресторан. Так раскипятятся, что порой дело кончалось дракой, – вспоминает он.

Чтобы объективно оценить достоинство пернатых, по осени ежегодно проводились выставки. Съезжались голубеводы с Улан-Удэ, Красноярска, Новосибирска, Омска. Но со временем стало бросаться в глаза: средний возраст участников – 60 лет. Молодежь практически исчезла из голубеводства.

Своих высоколетных Владимир Анатольевич демонстрировал не только в Иркутске, но и в других городах, собрав целую коллекцию медалей и почетных дипломов. Вместе с еще одним заслуженным голубеводом России Геннадием Сергеевым ездил даже в Германию. А в 1997 году, рассказывает, немцы с ответным визитом приезжали в Иркутск:

– Пришли ко мне всей группой, человек 17, едва в ограде поместились. Смотрят, цокают языками, восхищаются. С ними переводчик, жил когда-то в Омске, а потом перебрался в Германию. Тоже большой любитель голубей. Спрашиваю: дорогой друг, какую породу предпочитаете? Говорит: штатных голубей, омских и ростовских, я их на продажу развожу. А по какой цене? Ко мне из Эмиратов приезжают, отвечает, платят по сто тысяч евро за голубя.

Ценят российских голубей во всем мире. Будучи в Полтаве, Колодкин свел знакомство с Кинжаном Галеевым:

– Среди голубеводов это знаменитая личность. Он разводит очень дорогих якобинов, родиной которых считается Индия. Его голубей охотно покупают в Европе, Канаде, Америке.Да что далеко ходить, мой хороший товарищ, бывший иркутянин, врач по профессии, переехал в Краснодарский край и занялся разведениям элитных голубей. И, как я знаю, дела у него идут успешно, от покупателей отбоя нет. Сегодня ведь вся Европа помешалась на спортивных голубях, и денег на них не жалеет.

 

Сизарь вытесняет голубя

Одно беспокоит Владимира Анатольевича: ястребы для его высоколетных стали настоящим бедствием.

– Голубь, поднявшись на два-три километра, беззащитен перед ястребом. Раньше их было немного, за год они не больше двух птиц забирали, а ныне в любую минуту жди нападения. Чует мое сердце, высоколетному голубю приходит конец.

Ястребы здесь ни при чем, – авторитетно заявил подключившийся к разговору доктор биологических наук, ведущий научный сотрудник НИИ биологии ИГУ Игорь Фефелов. – Винить надо моховых курганников. Это хищная птица, которой прежде в Иркутской области не было. Обитала она в Монголии, предпочитая степи, где нет снега и легко охотиться на грызунов, основной их пищей. Но в 90-е годы с пропитанием стало туго, и они в поисках прокорма мигрировали на север, в Приангарье. Но у нас степи под снегом, грызунов из-под них не добудешь, вот и пришлось переключиться на голубей.

Не надо забывать, что кроме голубей благородных кровей, Иркутск наводнен их уличными коллегами, так называемыми сизарями. Сколько их точно, никто не знает.

Раньше их никто не считал, – рассказал Игорь Фефелов. – Только в 90-х годах моя коллега, готовя диссертацию по голубям, провела их учет. По ее оценке, поголовье составило примерно 20 тысяч. По всей видимости, такая численность сохраняется и в наши дни. Изменился лишь образ жизни. Раньше летали кормиться на ближайшие поля, а сейчас, когда посевные земли сократились, промышляют лишь в городе, скапливаясь большими стаями на площадях. Их так и зовут – площадники.

Относиться к ним свысока, считает ученый, не стоит, ведь все красавцы, приводящие в восхищение публику, имеют с площадниками общих предков:

– Скрестились две линии: сизари и скалистые голуби. Сизарей завезли люди, когда заселяли Сибирь, а скалистый дикий голубь наш абориген. Кроме Иркутской области, проживает в Казахстане, на Алтае, Дальнем Востоке. Живет на скалах, отсюда и название. Когда возникли селения, скалистые вступили с сизарями в брачные отношения, образуя различные помеси.

По наблюдениям орнитологов, сизарь вытесняет скалистого голубя. Он более приспособлен к жизни в нелегких городских условиях. По виду различить их трудно. Имеется только одно отличие: у сизаря хвост сизый с черной полосой на конце, а у скалистого – кроме черной есть еще и белая полоса.

– Да, все культурные породы произошли от скалистого голубя, – соглашается Владимир Анатольевич. – Изображение голубя было выбито на скалах еще во времена Чингисхана. Сегодня в мире насчитывается более 800 пород домашних голубей. Только в России их выведено около двухсот.