Наводнение в Иркутской области: вопросы и ответы

31 июля 2019

Правнучка Владимира Сукачева побывала в Иркутске

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

В Иркутск приехала правнучка известного мецената, городского головы и основателя областного художественного музея Владимира Сукачева. В честь 170-летия со дня рождения знаменитого предка Ирина Акимова посадила розы и передала в музей его личные вещи: перочинный нож, щетку для усов и две открытки, одну из которых акварелью нарисовала дочка Сукачева, Анна. Воспоминаниями о своем прадедушке правнучка делится на страницах газеты «Областная» от 30 июля 2019 года.

 

– Ирина Владимировна, вы впервые в Иркутске?

– Мы были здесь 20 лет назад, когда музей еще не назывался именем Сукачева. Усадьба находилась в плачевном состоянии. И тогда обещали, что она обязательно будет отреставрирована, но, честно говоря, я на это не очень надеялась. Однако, когда увидела, что получилось, удивилась. Приятно, что усадьба не просто декорация, здесь все живет – устраиваются балы, творческие вечера. В Москве прадеда мало кто знает, разве что в среде музейных работников, художников и коллекционеров. А иркутяне помнят, и это очень приятно и трогательно.

 

– Вы потомок Владимира Платоновича по какой линии?

– Я внучка Владимира Владимировича. У нас вообще в семье были одни Владимиры. И даже мой папа говорил: «Если у тебя родится сын, то назови его Владимиром». Хотя тогда Владимирами никого уже не называли. Но у меня родилась дочка.

 

– Когда вы ходили по усадьбе, узнавали предметы?

– Конечно. Дело в том, что я приезжала к дедушке в Ленинград на каникулы. Мой папа оттуда родом, но после блокады он сразу переехал в Москву. А мне так нравилось в Ленинграде! Там совершенно другой дух. Мои родители были деловыми людьми, а там – настоящая богема. Вторая жена моего деда – пианистка, и у них всегда собиралась компания творческих людей, за которыми мне было очень интересно наблюдать. Я помню многие картины, из тех, что висят в Иркутском художественном музее. Особенно мне нравится работа Василия Максимова «Добредет ли?», где старушка идет сквозь пургу. У меня прямо наворачиваются слезы.

 

– А рассказывали ли вам дед или отец о вашем знаменитом предке – Владимире Платоновиче?

– О Владимире Платоновиче я вообще знала очень мало. Папа не любил об этом распространяться, потому что в то время никаких дворян у нас не было. Это сейчас все из дворянского сословия. И дедушка очень мало рассказывал о данном периоде. Я узнала обо всем намного позже. И, конечно, горжусь своим прадедом. У меня сохранились письма родственников, но когда я была молодая, меня это совсем не интересовало. Ведь мы стремились вперед – к идеям коммунизма. А сейчас очень жаль, что я так мало знаю. И с годами стараюсь узнавать все больше и больше.

 

– А вы сами кто по профессии?

– Я потомственный железнодорожник уже в третьем поколении, закончила факультет автоматики и вычислительной техники института инженеров транспорта. Папа у меня работал начальником отделения, и нужно отметить, что кумовство в те годы не приветствовалось. Кстати, сам он был очень идейным человеком, его любимая фраза: «Я не хочу партбилет положить на стол!» Это означало, что тема закрыта. Но так случилось – его направили в Монголию. Он пробыл там шесть лет в должности директора монгольско-советского акционерного общества, а за это время я уже перешла в отделение и там работала. Сначала инженером-электриком в засекреченной связи, потом – начальником первого отдела. В общей сложности проработала на железной дороге 37 лет.

 

– А репрессии вашу семью не затронули?

– Слава богу, нет. Но страх, что это случится, преследовал моего отца всю жизнь.

 

– Есть ли у вас какие-то увлечения, передавшиеся по наследству?

– Я на даче развожу розы. У меня их много – 40 кустов. Сама научилась их черенковать и делать все остальное, но это такой труд, по сравнению с которым выращивание огурцов и помидоров в 10 раз проще. Честно говоря, я не знала про это увлечение своего прадеда. Дедушка умер, когда мне было 12–13 лет, и я очень мало запомнила. Рассказывали, что были грот, ледник, теплица. А вот находился ли там именно розарий, я точно не знаю. Но то, что мой прадед очень любил розы, – правда. Особенно белые розы и ирисы, именно поэтому я сегодня их посадила в усадьбе. А еще он любил путешествовать, и мы с мужем тоже стараемся куда-то ездить хотя бы раз в год, в полгода. Кстати, мне больше нравится Азия, и я узнаю, что и Владимиру Платоновичу очень нравилась Азия.

 

– А увлечение изобразительным искусством вас не коснулось?

– Нет, мне это не передалось. Зато моя дочь рисует, конечно, чисто любительски, но у нее это неплохо получается.

 

– Планируете приехать в Иркутск снова?

– Надеюсь, что да, ведь у вас такие гостеприимные сотрудники музея, за это время нам удалось посмотреть Иркутск и даже побывать на Байкале. Встречи с родиной моего прадедушки очень важны для нашей семьи.

 

Кстати:

Благодаря Владимиру Сукачеву в Иркутске появились телефонная связь и электрическое освещение, первый понтонный мост через Ангару и добровольное пожарное общество, богадельня и приют для малолетних преступников, общество попечения и училище для слепых. Но прежде всего иркутяне запомнили его как создателя иркутской картинной галереи. Это была его давняя мечта: открыть в родном городе доступный для всех художественный музей.

Другие материалы
Реклама от YouDo