Блог Вадима Мельникова

Один работяга, на вид не старше семнадцати лет, сидит напротив окна. Он красил с шести утра, и вот обед. Он отдыхает от праведных трудов, по-детски болтая свешенными с лесов босыми ногами, глаза устремлены в пустоту. По лицу блуждает глуповатая улыбка, которая бывает у влюблённых в минуты разгула фантазии. Экзистенциальный восторг. Может, на родине его ждёт абстрактная Гюльчатай, с глазами, будто звёзды и жаркая как пески Кызылкума. Осталось совсем немного, он только докрасит этот барак в бирюзовый фон куполов Бухары, вернётся домой, купит ковёр, сыграет свадьбу, и они нарожают тысячу детей.  

И в этот момент, вот тут, на холодной сибирской земле, он по-настоящему счастлив. Он купается в тёплых лучах светлого завтра. И даже, понимаете, даже если все его мечты – пустые химеры, призраки. Даже если он будет работать здесь, в нечеловеческих условиях, ещё сто лет, Гюльчатай выйдет за другого, а ковёр съест моль, он всё равно сегодня был счастлив. Пусть временно, но гораздо больше, чем если бы сон обратился явью.

Ведь, чёрт побери, отнять можно только будущее. Именно поэтому не бывает несчастной любви, только безнадёга. Счастье – это саспенс, а не хэппи-энд.