Наводнение в Иркутской области: вопросы и ответы

12 февраля 2020

Бьет? Не любит, а убьет…

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

В редакции обсудили закон о бытовом насилии

Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия нужен, но не доработан. К такому выводу пришли эксперты при обсуждении документа в редакции газеты «Областная». Какие поправки они предлагают внести?

 

Насилие как норма…

По мнению специалистов, в законодательстве не прописаны точные формулировки – а что, собственно говоря, подходит под определение «бытовое насилие»?

От домашнего насилия страдают женщины, дети, престарелые. За последние три года к нам поступило 107 обращений, касающихся определения места жительства ребенка и общения ребенка с родителем. Давайте разберемся, что такое «домашнее насилие»? Кто именно будет рассматривать случай, когда муж бьет, оскорбляет и выгоняет жену? Как быть с теми, кто вступил в брак до 18 лет? Под данный законопроект они не попадают. Как быть с ними? Прежде чем вынести законопроект на рассмотрение в Госдуму, его нужно существенно доработать, – уверена уполномоченный по правам ребенка в Иркутской области Светлана Семенова.

Цифра:

В 2019 году в Иркутской области было совершено 1,5 тыс. преступлений на бытовой почве

Обсуждение проекта закона на различных федеральных площадках и в соцсетях идет достаточно давно. Так, лидер партии ЛДПР Владимир Жириновский высказался категорически против закона, который, по его мнению, ухудшит и без того шаткую демографическую обстановку в стране. На официальном сайте ЛДПР Жириновский заявил, что «принятие закона в этом столетии в таком виде может нанести большой вред. Важно защитить женщин, которые наиболее часто подвергаются семейному насилию. Хотя по статистике жертвами убийств чаще всего становятся именно мужчины…»

Председатель Иркутского областного совета женщин Галина Терентьева, напротив, убеждена, что закон необходим для защиты семей, где бытовое насилие стало нормой:

По данным совета отцов Иркутска, эта проблема есть во многих семьях, в том числе православных. А сколько случаев так и остались не выявленными? Поправки к закону нужны, и Областным советом женщин внесено 11 предложений.

Размытые формулировки нового законопроекта могут создать юридические коллизии, которые не позволят работать закону в полную силу, говорят эксперты. Но сам документ необходим – преступления на бытовой почве по-прежнему остаются головной болью правоохранителей.

По данным ГУВД по Иркутской области, в 2019 году на бытовой почве было совершено 1,5 тыс. преступлений. Количество бытовых убийств сократилось на 36%, однако 47 человек все же погибло. Сократилось и число случаев причинения тяжкого вреда здоровью (совершено 231 преступление). Участковые уполномоченные составили 1795 административных протоколов. 24 гражданина в течение года привлекались два или более раз, по ним принято решение о возбуждении уголовных дел за избиения.

 

Легкость наказания

Доказать побои в семье очень трудно. Если нет синяков и тяжких телесных повреждений, довести дело до суда практически невозможно. Видео инцидента или свидетель помогут восстановить справедливость, но они не всегда бывают под рукой. Многие женщины, переживая побои и унижения, в полицию просто не идут, заведомо зная, что ничего не смогут доказать, – рассказала директор Кризисного центра для женщин «Мария» Наталья Кузнецова.

Домашние тираны этим обычно пользуются. По словам Натальи Кузнецовой, в ее практике был случай, когда муж систематически истязал жену и при этом смеялся над мизерной суммой административного штрафа.

И даже полиция порой не всегда приезжает на такие вызовы, предлагая сторонам разбираться самим, – подчеркнула эксперт.

То, что виновники не боятся штрафов как наказания, подтвердил и врио начальника отдела организации исполнительного производства УФССП России по Иркутской области Антон Климов. Эксперт добавил, что законопроект о домашнем насилии не должен иметь отсылочный характер, когда для закрепления вины ответчика юристам предстоит перелопатить ряд других документов.

За 2019 год у нас было 100 исполнительных производств, отличных друг от друга. Действовать по шаблону мы не можем. В суде происходит одно, а на деле другое. Бывает так, что ни один из членов семьи не поступает так, как предписано судом – при разводе не отдает второй половине ребенка, например.  Штрафы не пугают никого, привлечь за злостное неисполнение ответчика практически невозможно. Сформировав полноценный документ, мы поднимем реализацию его на более высокий уровень, – уверен Антон Климов.

Доказать побои в семье очень трудно. Если нет синяков и тяжких телесных повреждений, довести дело до суда практически невозможно. Видео инцидента или свидетель помогут восстановить справедливость, но они не всегда бывают под рукой. Многие женщины, переживая побои и унижения, в полицию просто не идут, заведомо зная, что ничего не смогут доказать.

Наталья Кузнецова, директор Кризисного центра для женщин «Мария»

Законопроект должен быть доработан, поддерживает начальник отдела «Центра психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» Людмила Левина:

– Давайте разъясним, что такое психологическое насилие. В литературе есть этому объяснение, но в законе нет.

Неуверенность в том, что жертвы получат защиту, а «кулачные боксеры» – по заслугам, заставляет женщин молчать о домашнем насилии годами, скрывать преступления, под давлением домашних тиранов забирать заявления из полиции.

Светлана Семенова привела чудовищный пример домашнего насилия, произошедшего в Казачинско-Ленском районе. Муж систематически избивал супругу, доводя до травматологии и реанимации. Жертва не только молчала много лет, но и покрывала садиста. И только вмешательство опеки и лишение отца родительских прав помогли спасти семью от тирании.

 

Верхушка айсберга

Бытовое насилие проявляется по-разному: кража детей при разводе, выдворение супруги из квартиры, истязание стариков…

Конфликт может возникнуть из-за чего угодно. Распределение семейного бюджета, жестокое обращение с ребенком – все может послужить детонатором насилия.  Если в законопроект не будут внесены правки, то нужно будет создавать дополнительные законодательные акты на региональном уровне. Необходимо также создавать школы молодых родителей, учить людей жить вместе и понимать друг друга. Информационно-просветительская работа необходима, – считает директор Центра психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи Валентина Михайлова.

По словам Галины Терентьевой, в Иркутске в 65 школах есть такой факультатив, как семьеведение. В области действует 360 филиалов родительского университета, работают советы женщин и отцов, клубы молодых семей. Но не всегда домашние тираны ходят в такие клубы…

Наше министерство делает акцент на профилактические мероприятия. Поскольку вмешиваться в личную жизнь нельзя, найти решение конфликтных ситуаций очень трудно. По полицейскому к каждой семье не приставишь. Быть может, данный законопроект учтет эти недостатки, – пожелал заместитель начальника отдела опеки и попечительства несовершеннолетних граждан областного минсоцзащиты Алексей Чернов.

Насилие в семье – это лишь верхушка айсберга, уверены эксперты. Лечить надо не симптомы, а причину этой социальной болезни, корни которой гораздо глубже – в неустроенности, бедности семей, пьянстве, невозможности найти достойную работу.

А пока закон не принят в окончательном чтении, очень важно, чтобы пострадавшие знали – куда пойти и что делать в случаях домашних издевательств. Психологи, медики и соцработники помогают женщинам справиться с душевными травмами, занимаются оформлением необходимых документов, трудоустраивают.

Кризисные центры играют решающую роль в помощи жертвам домашней тирании.

Мы используем систему защиты наших пострадавших – меняем им машины, сим-карты, делаем все, чтобы человека невозможно было отследить по геолокации. Мы меняем место жительства жертвы и делаем так, чтобы ее передвижения не отследили по билетным квитанциям, – поделилась опытом Наталья Кузнецова.

Но ведь прятаться от домашних тиранов всю жизнь нельзя. Закон о бытовом насилии должен комплексно решить эту проблему.

Реклама от YouDo