Наводнение в Иркутской области: вопросы и ответы

Отцовский патруль

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

Есть в Усолье-Сибирском мужчины, которые на общественных началах и по личной инициативе решают важные социальные задачи. Они берут шефство над трудными подростками, помогают неблагополучным семьям, борются со злостными алиментщиками. Это члены городского совета отцов. Наши корреспонденты отправились с ними в совместный рейд по домам групп риска.

 

Не обыватель, а гражданин

Председателя Усольского городского совета отцов Максима Петрова мы застали на рабочем месте. Анестезиолог-реаниматолог Максим Михайлович начал свою профессиональную карьеру с должности медбрата и стал родоначальником врачебной династии. Супруга трудится детским неврологом, сын Юрий – студент медвуза, будущий педиатр. В общественной работе Максиму помогает вся семья.

– Важно, чтобы человек был не обывателем, а гражданином, – говорит он.

Совет отцов за 10 лет сделал немало. Сегодня в его активе – 69 мужчин. Они тесно работают с администрациями школ и усольского кадетского корпуса, силовыми ведомствами, отделом опеки, районными отделами образования и здравоохранения. На особый контроль берутся семьи из группы «риска», неполные семьи, где воспитанием детей занимается один отец, семьи с приемными детьми.

Для двух десятков подростков из 14 неполных семей отцы стали наставниками. Для этого в средней школе № 13 открыли городскую творческую мастерскую.

В наших ближайших планах – регистрация НКО «Иркутский областной совет отцов», создание своего сайта. Планируем провести первый в регионе форум советов отцов. Мы разработали и направили в Заксобрание ряд документов, в частности – с предложением принять закон о запрете снюсов, – рассказывает Максим Петров.

В прошлом году совет отцов включился в акцию «Безопасное детство». Представители совета установили пожарные извещатели в домах, где проживают девять многодетных семей.

 

Зимой рейды проводим чаще

Участниками очередного рейда по трудным семьям стали представители общественных организаций, управления социальной защиты, МЧС.

– Пожарные извещатели крайне необходимы в домах частного сектора, где в случае пожара могут пострадать дети, – рассказывает Максим Петров.

Сопровождающий нас представитель МЧС Роман Кучерук в таких рейдах рассказывает людям о правилах пожарной безопасности и эксплуатации электроприборов:

С начала года произошло 13 пожаров в городе, девять – в районе. Один человек погиб. Мы инструктируем население, раздаем памятки, выявляем нарушения. Наша задача отнюдь не карательная, ведь некоторые люди и так обездолены.

Семей, попавших в трудную жизненную ситуацию, в Усолье, где закрылись или сократились практически все промышленные предприятия, хватает.

Совет отцов, общественники, представители социальных служб ежемесячно бывают у своих подопечных, помогая конкретными делами. Так, неплательщикам по алиментам помогают устроиться на работу, оформить инвалидность.

Зимой рейды по неблагополучным семьям проводим чаще. Списки берем в комиссии по делам несовершеннолетних. Помогаем с трудоустройством в детский сад, приобретением жизненно необходимых вещей, например, двухъярусных кроватей, – перечисляет председатель Усольского городского совета женщин Анна Цхадая.

В доме по улице Магистральной неуютный подъезд, в котором нас лаем встречают собаки. В семье трое маленьких детей. Пока женщина лечится от плохой зависимости, двое ее малышей находятся в социальном учреждении. Как только мама возьмется за ум, семья воссоединится.

Это одна из наших сопровождаемых семей, – поясняет сотрудник Центра помощи семье и детям города Усолье-Сибирское Юлия Ганеева. – Во время рейдов мы смотрим, чтобы в семье были продукты, дрова, если это частный сектор. Чтобы дети были опрятно одеты, младшие находились в детсаду, старшие посещали школу. Если кризисная семья, мы выезжаем чаще. Некоторых мам учим даже убираться и ухаживать за детьми.

Сегодня в Центре на учете стоит 127 семей, оказавшихся в социально опасном положении. Для каждой семьи разработана программа реабилитации, которая длится от трех месяцев до полугода. Семьям помогают решить проблемы с документами, трудоустройством, поддерживают необходимыми вещами и продуктами, оказывают психологическую помощь. В Центре есть «кризисная комната», где живут женщины, пострадавшие от домашнего насилия, или молодые мамы с новорожденными, которым некуда идти. По статистике, семьи, прошедшие курс реабилитации, уже не сбиваются с пути.

 

Зачем работать? Я детские пособия получаю…

В коммуналке по улице Коростова нас встречает домохозяйка Ирина с тремя детьми. В квартире – красноречивая бедность. Но все вещи лежат на своих местах, все прибрано.

Ирина по образованию педагог, сейчас находится в декретном отпуске. Папа, освободившись из места заключения, ищет работу.

Максим Михайлович переодевается и начинает монтаж пожарного извещателя. Любопытные мальчишки крутятся рядом.

– Малыши ходят в детский сад? – спрашивает Анна Цхадая.

– Старшего сына переводим в другой детский сад, логопед нужен, мальчик говорит плохо, а ему уже пять лет.

– Семья в чем-нибудь нуждается?

– Нет, – отвечает Ирина. – Эту комнату я выкупила на материнский капитал. У меня остались средства от него, планируем выкупить вторую комнату и сделать ремонт. Муж у меня – мастер на все руки, сам все сделает. Вот извещатель нам был нужен, теперь за детей спокойнее станет.

Ирина подписывает акт монтажа противопожарного оборудования, за его сохранность она теперь отвечает лично.

На прощание Анна Владимировна со словами «Если что-то нужно – обращайтесь», оставляет Ирине номер своего телефона.

Дальше едем на улицу Стопани.

– Мы тут недавно одной семье датчик установили, заодно и проверим, как работает, – рассказывает председатель совета отцов.

В крошечной комнате общежития с коридорной системой – дверь нараспашку. Войти может кто угодно – от бомжа до пьяного соседа. В помещении сидит девочка лет десяти, одна. На ободранных до штукатурки стенах – детские граффити, везде грязь…

– Помнишь нас? – спрашивает Максим Михайлович.

– Да, – уверенно отвечает ребенок.

– Обои вы так и не поклеили, огорченно вздыхают взрослые.

В прошлый приезд в комнате поменяли розетку, проводку, установили противопожарный извещатель. Его на потолке нет. Курящая мамаша, чтобы не заморачиваться с датчиком, самостоятельно его демонтировала. На условия жизни детей и их безопасность ей явно наплевать. Участники рейда уходят, пообещав составить на нерадивую маму акт об административном нарушении за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей.

Мы заходим в другую комнату. Здесь яркий навесной потолок, компьютер с интернетом. На этом признаки цивилизации кончаются. Запах сбивает с ног. В комнате, помимо мамы и троих детей, живут кошка и собака. Пыль на полках, грязь на полу, комната захламлена.

Хозяйка Марина смотрит на вошедших отстраненно-равнодушно. Пока Максим Михайлович монтирует противопожарный датчик, Анна Цхадая проводит с мамашей воспитательную беседу. По словам хозяйки, у нее высшее экономическое образование.

– Почему не устраиваетесь на работу? Резюме можно и по интернету послать.

– Я детские пособия получаю, 30 тысяч рублей.

– Действительно, зачем вам работать? – с иронией констатирует Анна Владимировна. – Дома грязно почему? Вы же не работаете, что, трудно порядок навести в комнате?

Выясняется, что дети в семье растут талантливые, сын ходит на секцию каратэ, дочка занимается велоспортом. Но ни названия спортивного клуба, ни фамилии тренера мама не знает. Вряд ли ей это интересно.

– В следующий раз мы все проверим, чтобы везде был порядок, – обещает Анна Цхадая.

Эта семья, как и десятки других, будет на контроле ровно столько, сколько потребуется до улучшения ситуации. В особо трудных случаях встанет вопрос о лишении родительских прав.

По статистике, количество семей, находящихся в социально опасном положении, в Усолье год от года снижается. По данным социальных педагогов, число трудных подростков, стоящих на учете, с 70 снизилось до 40. На нет сошли нарушения комендантского часа.

Самое главное – трудные подростки и трудные семьи видят, что они не одни…

Другие материалы