Наводнение в Иркутской области: вопросы и ответы

Трудовые будни соцзащиты: как работается в зоне наводнения в Иркутской области

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter

Основной удар по работе с пострадавшими от наводнения приняли на себя сотрудники соцзащиты. Чтобы помочь людям, они добирались до самых отдаленных деревень на лодках, вертолетах и вездеходах. Ночами формировали списки для выплат, а днем выдавали деньги наличными. Они и сегодня работают сутками, чтобы люди как можно быстрее получили сертификаты на покупку нового жилья.

 

Пригодился ноутбук

Читальный зал Тулунского аграрного техникума стал штабом социальной защиты населения. Тысячи папок, десятки компьютеров, более полусотни сотрудников. С раннего утра и до поздней ночи здесь кипит работа. Чтобы выдать человеку деньги или жилищный сертификат, необходимо занести в таблицы сведения о пострадавших: паспортные данные, количество членов семьи и число проживающих в затопленном доме, заключение экспертизы, а еще согласовать данные с главами поселений и Росреестром… То и дело звонит телефон, в базу вносятся поправки и дополнения.

В соседнем помещении ведется прием населения. Кто-то спокойно ждет своей очереди, а кто-то пытается скандалить, чтобы криком доказать свою правоту. Людей понять можно – они пережили такое, что даже в страшном сне не привидится: потеряли дома, постройки, домашний скот… Но обвинять в произошедшем всех кругом по меньшей мере странно. Разве сотрудники соцзащиты виноваты в том, что у кого-то не оформлены в собственность дома или нет прописки? Не обращая внимания на негативный настрой посетителей, они старательно вникают в каждую ситуацию. Не просто выслушивают каждого человека, а доходчиво объясняют, как быстрее оформить документы и вернуться к нормальной жизни. Погруженные в собственное горе люди даже не подозревают, что некоторые из сотрудников соцзащиты сами пережили все ужасы стихийного бедствия.

Мы включились в работу уже в субботу, 29 июня, – вспоминает директор управления социальной защиты населения по Тулуну и Тулунскому району Виктория Матвеева. – В семь утра я разослала всем своим сотрудникам сообщения, что необходимо быть в управлении. Кто-то из них живет на левом берегу реки, кто-то – на правом. Переправлялись на лодках, потому что большая часть прибрежной полосы города на тот момент уже была затоплена. Приняла решение управление не эвакуировать, думала, в случае чего будем подниматься на второй этаж, туда же перенесем всю технику. Я уезжала последней, захватила документы и ноутбук. На следующий день наше здание затопило. Мы разместились в школе № 1. Никакой техники, а нужно было набивать базу с данными пострадавших. Тут-то мой ноутбук и пригодился. Уже в воскресенье, 30 июня, начались первые выплаты пострадавшим – по 10 тыс. рублей по всему Тулунскому району.

 

Деньги везли на лодке

Чтобы получать наличные, главному бухгалтеру учреждения не единожды пришлось переплавляться на лодке в центральную часть Тулуна. Директор договаривалась с сопровождением – Росгвардией, сотрудниками МЧС – о выделении транспорта, оговаривала с подчиненными, кто, куда и на чем повезет деньги, которых в общей сложности набралось 130 млн рублей!

Я выезжала в Одон, Икей, Харгажин, Альбин, Октябрьск-1 и Октябрьск-2, – перечисляет ведущий специалист отдела кадрово-правовой работы управления соцзащиты по Тулуну и Тулунскому району Елена Дмитриева. – В Уйгат и Аршан мы летали на вертолете. Самая страшная поездка была в Октябрьск-1 и Октябрьск-2. Сначала сказали, что людей переправят к нам, но в итоге пришлось в деревни добираться на лодке. Шел дождь. Я была без охраны, рядом только две девушки из паспортного стола, а везла с собой более 800 тыс. рублей! Спасибо главе – Татьяне Стяжиной, которая снарядила нас резиновыми сапогами и теплой одеждой. Люди деньги получили очень быстро, потому что специалисты администрации оперативно заполняли ведомости и заблаговременно оповестили жителей.

В некоторых деревнях Евдокимовского поселения клубы были заполнены гуманитарной помощью, и нас завозили в какой-нибудь двор, ставили стол или табурет, и мы выдавали деньги, сидя на корточках, – добавляет ее коллега Людмила Силивончик.

Татьяне Шляциной, когда она приехала в деревню Паберега, пришлось выдавать деньги прямо из машины, потому что людей переселили в лес, где они жили в палатках. А Людмила Лимарова во время выплат в деревне Заусаево оказала первую медицинскую помощь дедушке, которому стало плохо.

Во многих поселках и деревнях побывала и ведущий специалист отдела назначения мер социальной поддержки Маргарита Чудакова. С первого дня наводнения она была на работе с раннего утра и до поздней ночи. При этом никому не сказала, что ее квартиру по улице Ленина, 77 затопило под самый потолок еще 29 июня. Оставив старенькую парализованную маму на попечение знакомых, женщина моталась по всему району, потому что считала – там людям приходится гораздо тяжелее.

Большинство глав сельских поселений в этой ситуации отработали прекрасно, – подытоживает Виктория Матвеева. – Все организовали: привозили-увозили людей, если кто-то не мог прийти, ездили вместе с нами по домам, заблаговременно готовили списки. Без их помощи мы бы просто не справились. В итоге всего за пару недель наличные выплаты по 10 тыс. рублей на человека получили 9 тыс. 538 жителей города Тулуна и 1585 – Тулунского района.

 

Вести с мест

В администрации Перфиловского муниципального образования – обычный рабочий день. Своей очереди к главе ожидает Любовь Енавина, жительница деревни Казакова.

28 июня всю нашу деревню затопило, – со слезами вспоминает пенсионерка. – Мы сами караулили подъем воды, всех вовремя предупредили сельские власти, но смотреть на это было очень страшно. Всех загодя вывели на гору в лес. Сказали, чтобы увели с собой и скотину. После наводнения от нашей деревни, считай, ничего не осталось – только несколько домов устояло, остальные унесла вода. Зато никто из людей не пострадал, да и коровы остались у всех целы. В Красноозерске и Евдокимово – там беда. Столько скота погибло, а нас предупредили. Взяли с собой немного продуктов, бычка – и на гору. Мы с мужем, дочка и внучка с правнуком. В палатке неделю кантовались. В первое наводнение вода ушла дня через три, во второе стояла дольше. Предлагали в Перфилово идти, а куда с быком? Спасибо, не оставили без внимания. И деньги мы все получили быстро. Когда уж в деревню вернулись, было на что еду купить и кой-какую одежонку.

Сейчас Енавины пришли в сельсовет, чтобы оформить документ на земельный участок. После поедут в райцентр за сертификатом. Говорят, что будут переезжать в Тулун. И домик подходящий уже себе присмотрели.

– В пятиэтажку мы не хотим, а в Иркутск – тем более, – категорично заявляет Любовь Федоровна. – Больше полувека на земле прожили. Привыкли свой огород держать, хозяйство. На новом месте придется все сызнова поднимать. Ну да ничего. Деньги на карточку всем перевели, хватит на первое время. А дом возьмем и новую жизнь наладим.

За семьей Енавиных в очереди к главе еще несколько человек. Кто-то просит справку о составе семьи, кто-то хочет оформить участок под сенокос или строительство. У всех свои заботы. Жизнь после наводнения не остановилась.

К Перфиловскому муниципальному образованию относится пять деревень: Перфилово, Нижний Манут, Верхний Манут, Казакова и Петровск. До наводнения в них проживало 1224 человека, теперь люди разъезжаются. Полностью затопленной оказалась Казакова, где жило 144 человека, и две улицы деревни Нижний Манут.

– Когда позвонили из соцзащиты, что будут выдавать деньги, мы тут же составили списки и отправили в управление, – рассказывает руководитель поселения Светлана Риттер. – У нас все давно получили по 10 тысяч рублей прямо в руки, а по 100 тысяч за утрату имущества им переводили на карты, или люди их получали на почте. Также мы всем уже выдали акты по утрате жилья. Большинство уже имеют сертификаты.

Чтобы сработать оперативно, работники администрации – а это всего-то четыре женщины – полтора месяца, с 28 июня, трудились без выходных. В первые, самые страшные дни, вместе с населением жили в лесу. Перед второй волной ходили по домам, помогали вывозить вещи, эвакуировали скот. А ведь у каждой при этом есть свои семьи, дети, у кого-то – внуки. Впрочем, сами они не видят в такой работе ничего особенного. На то, говорят, мы здесь и поставлены, чтобы помогать землякам.

Другие материалы
Реклама от YouDo