06 марта 2018

Лапушки-дочки

Принять обездоленного ребенка в семью решится не каждый. Кто-то просто не хочет, а кто-то боится ответственности и пресловутой «дурной наследственности». На этом фоне яркими искрами вспыхивают добрые дела людей неравнодушных. Тех, кто не может пройти мимо чужого страдания, готовых поделиться последним, отогреть теплом и любовью одинокую душу. В тайшетской многодетной семье Светланы и Владимира Лаппа подрастают четыре девочки – «лапушки», как их любя называют родители. Одна родная, трое – приемных. Супруги готовы принять к себе еще ребятишек, поскольку уверены: чем больше детей, тем счастливее жизнь.

Дом семьи Лаппа в частном секторе Тайшета выделяется среди прочих строений и своими размерами, и новогодней иллюминацией. Несмотря на то что праздники давно закончились, снимать украшения девчонки не собираются. «Так же лучше, пускай сверкают», – наперебой убеждают они отца. «Делайте, как знаете, – машет в ответ тот рукой. – С вами разве поспоришь?»

Действительно, спорить с женой и четырьмя дочерьми единственному мужчине крайне сложно.

– Их целый расчет, возглавляемый старшим лейтенантом, а мне в поддержку – наш дворовый пес Дружок да кабанчик Васька, но они еще человеческий язык не освоили, – посмеивается глава семьи. – Вот и приходится или держать круговую оборону, или идти на уступки.

IMG_2056На самом деле ворчит Владимир только для виду. В своих девочках он души не чает. Рассказывает: и сам он, и жена всегда мечтали, что детей у них будет много. У родителей Светланы было пятеро ребятишек, у него – шестеро братьев и сестер. Познакомились они, когда за плечами каждого уже был первый неудачный семейный опыт. У Светы к тому же на опеке находился младший братишка. Их родители умерли, когда младшему Алешке едва исполнилось десять. Светлане пришлось взвалить на себя не только заботу о братишке, но и о престарелой бабушке. Говорит: чтобы прокормить семью, бралась за любую работу, одновременно оканчивая заочно юридический техникум. Потом поступила в институт. Вскоре, после защиты диплома, ей предложили работу в уголовно-исполнительной системе. Отработав два года в СИЗО в Красноярском крае, ей удалось перевестись в Тайшет – устроилась в колонию поселения. Но долгожданное возвращение омрачило несчастье – дотла сгорел бабушкин дом. Они с братом в буквальном смысле оказались на улице. Первые несколько дней прожили в семье сестры, потом от знакомой узнали, что неподалеку продается маленький домик. Благодаря этой покупке в ее жизни появился Владимир.

– Всего, что накопила – хватило на полдома, – вспоминает Светлана. – Хозяин дал два месяца, чтобы я собрала оставшуюся сумму. Пришла в караул, меня никто не знал, я никого не знала, а мне нужно было срочно оформить кредит, чтобы отдать долг. Конечно, никто не соглашался стать поручителем, а Володя почему-то рискнул. Мы с ним познакомились в первый мой рабочий день, он тоже в этот день заступил на смену. В домике, что я купила, никто год не жил, естественно, требовались мужские руки. Я ходила на работу, а Володя вскоре ушел в отпуск. Приду со службы – то грядка вскопана, то тепличка какая-то стоит, потом картошку где-то нашел на посадку. Однажды говорит: надо заказывать дрова, чтобы подсохли, иначе чем топить будешь зимой? А у меня денег ни копейки. Не то что дрова – продукты не на что было купить. Так Володя на велосипеде нам консервы возил. Ездил, ездил, да и остался насовсем.

А потом Светлану ждала еще одна радость – беременность. При диагнозе «бесплодие» это казалось настоящим чудом. Владимир, узнав о новости, тут же сделал предложение. Торжественно отметить свадьбу у новобрачных не получилось – оба в этот день заступали на смену, зато в любви и согласии они, вопреки приметам, живут уже 13-й год.

На вопрос, зачем они решили брать себе приемных детей, Светлана объяснила:

– Мы были просто обречены на это. Рожать больше я уже не могла, а один ребенок – не ребенок. Когда Злате исполнилось пять лет, поехали в Братск. Ребенка разрешили взять только в детском доме для детей с ограниченными возможностями. Втроем решили: берем только девочку, и обязательно маленькую.

Лиза, вспоминают родители, была очень болезненной. В год и три месяца не умела ходить, не разговаривала, у ребенка не было ни одной прививки, зато в наличии имелся такой серьезный диагноз, как «астма».

– Установка «Лиза обязательно будет здоровой» у нас была сразу, – поясняет приемная мама. – Стали обливаться, делать зарядку, босиком по снежку ходить, летом купать в речке, зимой – в бассейне. Купили корову, чтобы поить дочь натуральным молоком, и победили все болячки.

Второй раз ситуация повторилась, когда уже Лизе исполнилось пять лет. Опять отправились туда же в надежде забрать еще одну малышку, но неожиданно обрели сразу двух приемных дочерей, притом довольно-таки взрослых.

– Нам сказали: к сожалению, совсем маленьких нет. А в детском доме как раз ребятишки гуляли, – с улыбкой припоминает Светлана. – Показали нам двух сестер – Марину и Катюшу. Одной девять, а второй семь лет. Обе на тот момент уже пробыли в детском доме четыре года. За это время их брали в две приемные семьи. Первые – какие-то родственники, а другие в течение месяца вернули девочек обратно. Представляете, какую психологическую травму девчонкам пришлось уже пережить? Когда Марина села рядом на диванчик (мы просто знакомились), я ей теребила волосы, одно спрошу, другое… Смотрю: такое же родимое пятно, на том же месте и с той же стороны, как у нашей Златы. Прямо какая-то мистика. Стали расставаться, Маринка в карман мне записочку сунула. В гостинице развернула – и в слезы. «Ты про нас не забудь!» – нацарапала карандашом. А когда оформили все документы и приехали сестер забирать, обе взяли меня за руки и, не сговариваясь, хором сказали: «Пошли домой, мама». Думаю, это судьба, так и должно было произойти. Хотя некоторые злословят: наверное, твой Вовка где-то наделал детей, а ты их теперь собираешь! На самом деле просто удивительно, как все девчонки на него похожи!

Владимир от таких слов просто расцветает:

– Пусть себе говорят, это они от зависти. Таких девочек, как наши, больше ни у кого нет. И умницы, и красавицы. Чего только они у нас не умеют! Все занимаются танцами, рисуют, а спортивных наград у них сколько: и за лыжи, и за легкую атлетику. Мы всегда с ними первые места занимаем в «семейных стартах». Посмотрите, сколько у нас медалей и кубков!

Чтобы угодить дочерям, говорит, пришлось ему целый второй этаж в доме построить. Там теперь они и свои дискотеки устраивают, и акробатику с гимнастикой осваивают. Недавно вместе с мамой занялись плетением декоративных корзин из газетных трубочек. А до этого все увлекались аппликацией и тестопластикой. Чтобы разложить поделки, говорит, он даже несколько новых стеллажей сколотил.

На вопрос: чего бы им теперь хотелось больше всего на свете, все дружно заявляют:

– Еще одну сестричку. Семья – это семь «я», а нас пока только шестеро. Значит, одна наша «лапушка» пока где-то ходит, но мы обязательно ее разыщем.